– Нет, – простонала я, садясь и натягивая на себя простыню, сброшенную в беспокойном сне. – Не кошмар… Яна. Мне кажется, она меня зовёт с собой… туда.
Рука твоей сестры скользнула по моим волосам.
– Нет, малыш. Яська не стала бы, – вздохнула Александра. – Она хотела бы, чтобы ты жила дальше… И была счастлива.
– Откуда ты знаешь, чего она хотела бы? – Я обхватила колени и уткнулась лбом в натянувшуюся между ними простыню.
Макушкой ощутив поцелуй, я чуть вздрогнула. «Люблю тебя, дурочка», – эхом отдалось в памяти.
– Для тебя этого пожелал бы всякий, – шепнула Александра. – Ну-ка, ложись давай. Спи спокойно, я с тобой.
Уложив меня, она прилегла рядом – не раздеваясь, поверх простыни. Зная, что тебя больше нет, странно было ощущать в постели справа от себя кого-то живого – без прикосновений и объятий, чуть поодаль. Но даже на расстоянии чувствовалось тепло.
– Саш…
– Мм?
– А для чего тебе ночник? Ты боишься спать в темноте?
Лёгкая усмешка.
– Нет, это мне Алиса подарила на день рождения. Говорит, оригинальный дизайн и воздух ионизирует.
– Интересный… А что это за соль?
– Не знаю, какая-то супер-мега-полезная.
Моя рука попала на соседнюю подушку так близко от лица Александры, что кожей я ощутила тепло её дыхания. Я хотела убрать руку, но твоя сестра мягко сжала её. В устало смежённых глазах Александры проступала сквозь ресницы знакомая мне задумчивая нежность. Я повернулась к ней лицом, и мы лежали так – глаза в глаза. И снова – «пароль-отзыв»:
– Саш…
– Мм?
– А я ведь теперь бездомная.
Александра приподнялась на локте, хмурясь.
– С чего ты взяла?
Я вздохнула.
– Ну так… Квартира-то чья? По завещанию вашей мамы – Янина. А я – на птичьих правах…
– А, вот ты о чём. – Твоя сестра снова улеглась и завладела моей рукой – тепло и мягко. – Нет, Лёнечка, ты не бездомная, Яська о тебе позаботилась. Квартира – твоя. Сразу после той истории с завещанием твоего отца, в котором он оставил тебя ни с чем, она попросила меня помочь с оформлением её собственного завещания. А тебе мы решили не говорить, чтоб ты не расстраивалась заранее и не думала плохого, будто она умирать собралась. Ты ж у нас такая – хлебом не корми, дай попереживать. – Рука Александры сжала мою крепче. – Документ у меня здесь хранится, утром посмотришь. А сейчас давай спать.
Я зажмурила глаза, чтобы сдержать слёзы, но пара солёных капель предательски просочилась сквозь веки.
– Лёнь… – Успокаивающий шёпот Александры тепло защекотал мне лоб, её губы прильнули между бровей. – Ш-ш… Не реви. Я с тобой. И всегда буду.
– Спасибо тебе, Саш, – шмыгнула я носом.
Лицо Александры приблизилось, и она уткнулась своим лбом в мой. Было тепло и щекотно лежать так и дышать одним воздухом. Так я и уснула…
Разбудил меня звон ключей в прихожей. С содроганием распахнув глаза, я ощутила тяжесть обнимающей меня руки, а потом и увидела Александру рядом с собой. А кто же тогда гремел ключами, и чья мягкая поступь приближалась к спальне?
На пороге появилась миниатюрная, стройная девушка, загорелая до смуглости, с чёрными волосами, забранными на затылке в хвост. Её фигурку обтягивало мини-платье леопардовой расцветки, а на руке поблёскивала чёрная лаковая сумочка. При виде нас с Александрой в одной постели её подведённые агрессивно-острыми стрелками глаза широко открылись – стервозно-выпуклые, кошачьи.
– Ну ни фига себе, съездила в отпуск, – сказала она.
Александра с лёгким коротким стоном проснулась, потёрла лоб и виски, а потом, морщась, села.
– Ммм… Алиса? – пробормотала она, хмурясь спросонок. – Ты уже приехала? Что ж ты даже не позвонила, заинька?
– Да вот… сюрприз хотела сделать, – ответила девушка с не предвещающим ничего хорошего блеском в накрашенных глазах. – Похоже, я не вовремя.
Надо сказать, подруг себе Александра выбирала со вкусом – исключительно красавиц. После адвоката, шикарной голубоглазой Елены Сергеевны, у неё была высокая, длинноволосая Ляля с грудью четвёртого размера, а теперь вот – брюнеточка Алиса, изящная, как куколка, с красивыми ножками и лебединой шеей. И, похоже, ситуация назревала щекотливая.
Александра морщилась и потирала лоб, будто от головной боли.
– Алисонька, радость моя… Прозвучит глупо, но это не то, что ты подумала, правда.
– Угу, конечно, – отозвалась Алиса, кривя губы в саркастической усмешке. – Пооригинальнее ответа не могла придумать? Досвидос. Не звони мне.
И, круто развернувшись, она походкой от бедра направилась к выходу. В прихожей послышался резкий и раздражённый звяк ключей о тумбочку.
– Алиса! – позвала Александра вслед, не торопясь, однако, вставать и догонять девушку. – Подожди, я всё объясню!
– Не утруждайся! – раздалось из прихожей.
Хлопнула дверь, стало тихо. Я сидела, обхватив руками колени, а твоя сестра со стоном упала обратно на подушку, прижимая ладонь ко лбу.
– Отличное начало воскресного утра, – хмыкнула она. – Уффф… Ёжки-матрёшки!
– Ты всем своим подругам даёшь ключи? – полюбопытствовала я.
– Да, есть такое дело, – ответила Александра. – Ох, ну и фифа… На мои деньги, между прочим, в отпуск и ездила дивчина…
