«Милая Бек, не будь себе врагом – не цепляйся за парней, которым ты не нужна. Стань себе другом – научись любить парней, которые тебя любят. И помни: никто не идеален. С любовью, Бек».
Эти письма стали моим спасением. Я понял, что ты бросила меня не из-за секса, а из-за собственных проблем. Так что, возможно, через месяц или раньше, когда я погружусь в терапию и тоже буду писать себе письма, ты позвонишь и воскресное утро мы встретим в одной постели. И вместе прочтем письма друг друга.
Дверь в кабинет распахивается. Воздух наполняется запахом огурцов. На пороге доктор. Да, такого я не ожидал!
– Дэн Фокс?
Выдавливаю из себя приветствие и пожимаю ему руку. Захожу в бежевый кабинет и опускаюсь на кушетку. Черт, Бек! Доктор Ники Анжвин непозволительно молод и симпатичен. Я думал, ему за пятьдесят, а ему едва за сорок. По стенам развешаны в рамках классические рок-альбомы: «Роллинг стоунз», «Брэд», «Лед зеппелин». Доктор просит прощения за задержку и утыкается в свой компьютер. Я только киваю и никак не пойму, итальянец он или еврей. На ногах кеды – все ясно, молодится. Волосы тщательно прилизаны гелем, пронзительные голубые глаза будто полны слез – не человек, а эталон сдержанности и самообладания. Заканчивает щелкать мышкой и расслабляется в кожаном кресле. Показывает на кувшин с водой, в которой плавают кусочки огурцов. Вот откуда запах!
– Стакан воды? – предлагает он.
– Конечно.
Делаю глоток. Черт, Бек! Изумительно вкусно.
– Хочу предупредить сразу. Я помечаю кое-что в записной книжке по ходу консультации, но очень немногое. Предпочитаю хранить все тут.
Стучит пальцем по лбу и улыбается. Такая ухмылка бывает либо у серийных убийц, либо у добрейших людей в мире – среднего не дано. Неудивительно, что он работает психотерапевтом. Разбирая чужие фобии и извращения, уходит от своих. Когда он улыбается, становятся видны его химически отбеленные зубы, совершенно не вяжущиеся с напряженным грустным лицом.
– Итак, Дэн Фокс, давайте посмотрим, что за хрень с вами творится.
С ним исключительно легко говорить. Я ожидал, что будет как на приеме у врача, а оказалось больше похоже на болтовню с приятелем в курилке. Он интересуется, откуда шрамы, я рассказываю про аварию по пути на лыжную прогулку (поездка в ЛК) и про нападение грабителей после работы (Кёртис со своими корешами). Потом он переходит к личным вопросам:
– Дэн, у вас есть девушка?
– Да, – отвечаю я (девушка у меня вполне может быть, тут нет ничего подозрительного), но добавляю, что проблема не в ней (она потрясающая). Сообщаю о своем обсессивно-компульсивном расстройстве.
– Какая у вас обсессия?
Я неплохо разбираюсь в психологии, Бек, и знаю: для того, чтобы втереться к человеку в доверие, надо найти общее.
– Это прозвучит странно, но все ваши альбомы… Понимаете, я очень удивился, когда их увидел, потому что сам повернут на «Ханидрипперс». Вернее, на одном их клипе.
– Мне они тоже нравятся. Клип, случайно, не Sea of Love?
– Откуда вы знаете?! – восклицаю я. Все, теперь мы друзья. Рассказываю ему, что постоянно хочу смотреть клип (тебя), думаю о нем (о тебе) и мечтаю попасть внутрь (в тебя). Жалуюсь, что потерял интерес ко всему остальному, кроме него (тебя), и хочу как-то это изменить.
– Ваша подружка злится на вас из-за этого?
– Нет. – Я головой мотаю (моя подружка будет самой счастливой женщиной на земле – какая злоба?). – Я сам на себя злюсь, доктор.
– Зовите меня Ники, – возражает он. – У меня нет докторской степени, только магистерская.
Я хочу спросить, почему же тогда ты называешь его доктором Ники, но не могу. И тут он заявляет, что после того как я открылся, будет честно и ему рассказать немного о себе.
– Хотя по моему лицу, наверное, и так понятно. Я сорокапятилетний бывший наркоман, несостоявшийся басист с магистерской степенью по психологии. Обожаю рок-н-ролл, но музыкант из меня не получился, поэтому помогаю людям – работаю психотерапевтом.
– Круто, Ники, – говорю я. Мне странно и смешно произносить это имя. Новое слово в моем лексиконе – Ники.
Спрашивает о детстве, говорит, что сам из Куинса, я говорю, что из Бедфорд-Стайвесанта. Оказывается, терапия – это просто болтовня. Может, ты действительно просто хочешь перерасти свои проблемы. Может, однажды я и сам стану психотерапевтом. А что? Почему нет? Развешу по стенам бежевого кабинета свои любимые книги в рамках и буду болтать с пациентами, такими, как я или ты.
Ники сообщает, что пора подвести итоги и составить план. Ловлю себя на мысли, что мечтаю получить домашнее задание.
– Дэнни, нам предстоит большая работа. Для начала попробуй представить, что живешь в доме.
Никогда у меня не было дома, только квартиры.
– И в твоем доме завелась мышь.
Слышишь, Бек, теперь ты – мышь.
– Она совсем крошечная, а ты большой и сильный, – продолжает он совершенно серьезно. – У тебя есть руки и мозги.
А у тебя только вагина, Бек. Я соглашаюсь с Ники.
– Ты можешь дотянуться до дверной ручки, Дэнни. Расставить ловушки.
Ловушки!
– Однако жизнь – подлая штука, и иногда в доме становится темно.
Он показывает на свою голову, я киваю. Знакомое чувство.
