— Вьюгина, ты, наверное, последний романтик на земле. И на луне, думаю, тоже, — усмехнулся Егор, но смотрел он в этот момент на Снежку с добротой и огромной нежностью, которая просто распирала его в этот момент изнутри. И эта нежность как будто оплела его сердце крепкими нитями, настолько сильно, что даже трудно было вздохнуть. Егор в очередной раз удивился нахлынувшем на него эмоциям. Вот дела! А он оказывается способен даже на такие чувства… Вот до чего его довёл этот белокурый романтик, которая в этот момент спокойно сидела рядом с ним. И абсолютно не подозревала, что у него сейчас творилось внутри. — Глупо, не глупо… плевать! Будем творить свою реальность. Как говорится, и кто нам запретит?
— Точно! — улыбнулась Вьюгина, склонив голову ему на плечо.
Она не видела, как Теплов в этот момент озорно улыбнулся, абсолютно не скрывая своего довольства. Потому что выбор он сделал правильный. Во всём. И с девушкой особенно. А ещё он был уверен, что завтра Снежка обязательно оценит то, что он ей приготовил.
— Гор, ты точно сможешь сыграть? — с сомнением протянул Некит, оглядывая Теплова. Потому что после недавнего происшествия с Потапиным внешний вид приятеля оставлял желать лучшего.
— А что есть сомнения? — усмехнулся Егор, беря в руки гитару.
— Ну-у как тебе сказать… Смотрю я на тебя и думаю, кого ты мне больше напоминаешь? Отбитого рокера или ушатанного барда?
— Отбитого причём в прямом смысле, — коротко хохотнул Сабиров. — Рука не болит?
— Нормально, — отмахнулся Егор, хотя некоторый дискомфорт он всё-таки испытывал. Правая рука заметно припухла после неоднократного соприкосновения с мордой Потапина. Но утром во время репетиции на бое по струнам это никак не отражалось. Значит, он должен справиться. — Пальцы же целы.
— Сильно не гони, держи темп ровно, — дал последнее напутствие перед выходом на сцену Сабиров. Хотя по идее роль наставника должен был взять на себя Богатырёв — именно он учил Егора аккордам. И именно Некит одалживал ему на несколько часов в день свою гитару для репетиций. И хотя Теплов отлично общался с обоими парнями, почему-то просить помощи у Марата в завоевании Снежки казалось ему… ну как-то неправильно. Потому что он никак не мог отделаться от ощущения, что у Сабирова был к Вьюгиной далеко не только дружеский интерес. Хотя никаких доказательств этому не было. Просто у Егора как будто внутри начинала истошно вопить серена «Опасность!». Заставляя Теплова придирчиво сканировать вокруг обстановку на предмет наличия соперников или отлавливая малейшее поползновение постороннего мужика в сторону своей девушки. И плевать, что она официально не его девушка. Это так, незначительные детали, которые скоро изменятся.
Он вообще изначально не хотел говорить ребятам, что хочет принять участие в концерте. По давней лагерной традиции его проводили в одно время с крупным фестивалем бардовской песни, который гремел в соседней области. Правда в отличие от настоящего фестиваля в «Журавлёнке» в программе было довольно мало заявлено бардовской темы. По большей части вожатые пели и играли современные популярные хиты. Но выбор Теплова всё равно несколько удивил приятелей.
— А почему ты именно эту группу выбрал? — поинтересовался Богатырёв, когда Егор показал ему аккорды, которые им предстояло разучить. — Да и трек, если честно, такой… своеобразный.
— Не знаю, просто понравилось. Батя у меня часто эту группу любит включать, — равнодушно пожал плечами Егор. Но на самом деле Теплов прекрасно знал, почему вдруг ему вспомнился этот трек. Хотя в отличие от своего отца, к року он был абсолютно равнодушен. Но эта композиция была именно то, что нужно. Снежка точно заценит эту песню, он был уверен. Особенно в таком спокойном лирическом исполнении.
— А почему мы должны только перед концертом сказать Водяновой, что у нас срочная замена номера? — хитро глянул на друга Сабиров. Ведь именно он должен был пожертвовать одним из своих номеров и дать выступить Егору. — К чему такая таинственность?
— Потому что это сюрприз. Хочу… порадовать свой отряд.
— Только свой?
— Ну и остальной лагерь тоже, — пробурчал Егор.
— Капец! Значит драться за Снежанку перед всем лагерем — это он не боится, а признаться своим друзьям, что он ради неё песню решил разучить — это ему западло! — заржал Некит, с лёгкостью раскусив истинные мотивы Теплова.
Вот примотались! Если и так всё знают, на кой чёрт спрашивать? Егор тяжело вздохнул и полностью погрузился в процесс обучения. Потому что времени до концерта оставалось катастрофически мало. Еще и эта драка с Потапиным, которая несколько выбила его из колеи.
Но всё-таки он смог — выучил и слова, и аккорды. И сейчас даже почти не сбивался. Осталось только пережить выступление. И дождаться реакции Снежки. Ведь ей же должно понравится… Должно! Егор до текущего момента был в этом полностью уверен, но перед выходом на сцену всё-таки ощутил нехилый мандраж.
