Первые плавные неторопливые движения Снежаны практически сразу же сменились резкими порывистыми перемещениями в пространстве. А стены студии будто стали слишком тесными для её замысловатых танцевальных маневров. Словно она была запертым в клетку зверем, что изо всех сил пытался вырваться на свободу. Снежка с каким-то отчаянием уходила в очередной поворот, не жалея себя. Бросок вперед, ролл-даун и ролл-ап [2], смещение, плавный прогиб и снова с какой-то неистовой яростью упасть в дроп…
Хотя этот трек был создан для танца вдвоём. И особенно этот гитарный проигрыш в конце…
В голове Снежаны невольно сами собой всплывали образы — как они танцуют вместе с Егором. Как он прижимает её к себе, медленно ведя в танце, скользя подушечками пальцев по её оголенной спине… Потому что для этого танца непременно нужно платье с открытой спиной. Никаких лосин и коротких топов! Да, она бы с лёгкостью придумала им такой крутой номер. Возможно, это была бы лучшая хорега[3], которую Снежка когда-либо ставила в своей жизни. И получилось бы очень чувственно и красиво. Но этого никогда не будет.
Снежана не знала, сколько она так пролежала на холодном полу, пока по её лицу тихо катились слёзы. План изгнать Егора из своей головы с треском провалился. Он всё равно был с ней — в каждой мысли, в каждом движении, будто незримо танцуя рядом. В её сердце, которое она добровольно кинула в мясорубку, а сейчас была вынуждена расплачиваться за свой опрометчивый поступок.
Гитарные аккорды медленно затихали под шум капель дождя, что стучал по карнизу.
Дождь… Даже дождь теперь у неё будет навечно связан с ним, с Егором.
Как она дошла до такого? Как ей его забыть?
У Снежки ещё не было подобного опыта — заставить себя вырвать из сердца образ любимого человека. Все её предыдущие отношения заканчивались просто и безболезненно. Да даже разрыв с Мишей дался ей относительно легко, а ведь расстались они при не очень красивых обстоятельствах. И хотя правда об его изменах еще долго будет отзываться в ее сердце незаживающей раной, но вот сама любовь к Мише как-то незаметно исчезла, оставив после себя лишь грусть и сожаление. Ей не пришлось прикладывать никаких усилий, чтобы его забыть.
К тому же у неё рядом был Егор… Но как забыть всё то, что происходило между ними за эти недели, Снежана просто не представляла. Боже, а ведь они действительно были вместе всего ничего. По меркам любого здравомыслящего человека. Но эти недели изменили для неё абсолютно все…
Снежка медленно поднялась с пола и выключила музыкальную колонку. Пора вызывать такси и возвращаться в лагерь.
Жаль, что она не догадалась взять с собой какую-нибудь лёгкую куртку из дома, чтобы накинуть сверху — после активных танцев прохлада вечернего города ощущалась особенно сильно. Да и затихший на время дождь опять начинал накрапывать. Снежка зябко поёжилась, обхватив себя руками в попытке хоть как-то согреться. А быть может это из-за нервов её начинала колотить лёгкая дрожь. И тут ещё, как назло, приложение заботливо сообщило, что такси ей придется ждать больше десяти минут…
— Снежан…
Девушка вздрогнула, на секунду подумав, что ей просто померещилось. И это расшатанные нервы решили сыграть с ней злую шутку. Снежка резко обернулась назад, услышав знакомый голос. Но нет, ей вовсе не показалось. Призрак из прошлого имел вполне реальные очертания и возвышался над ней, улыбаясь до боли знакомой, и чуть смущённой улыбкой.
— Миша? Ты что тут делаешь? — Снежана невольно отступила назад при виде бывшего парня. Нет, пьяным он сейчас не был, но всё равно в первую секунду её окатило волной неконтролируемого страха.
— Я… я увидел тебя, как ты шла к студии и вот…
— Миш, ты что следил за мной?!
— Нет! Так получилось… Снежк, я просто хотел тебя увидеть. Ну немного поболтать, буквально пару слов. Я не мог не подойти, понимаешь? — Миша тяжело вздохнул и опустил голову. Никакой агрессии и злости от него сейчас не исходило, и Снежку понемногу стало отпускать напряжение первых секунд их встречи. Такой Потапин был ей, с одной стороны, хорошо знаком — ведь именно в такого парня она когда-то и была влюблена: спокойного, доброго, заботливого, искреннего. С другой стороны, тот Миша, что сейчас стоял перед ней был какой-то другой. Какой-то потерянный, осунувшийся, а в его тёмных глазах залегла бесконечная грусть. Как будто он повзрослел на несколько лет за то время, что они не виделись. И это взросление далось ему нелегко. — Я не хотел мешать тебе, пока ты танцуешь, решил подождать здесь. Я в курсе, что нам не стоит разговаривать, пока идёт следствие. Отец, если узнает, меня убьет, но… Мне очень тебя не хватало, Снежан. Очень!
— Миш, не надо…
