И я, может и малодушно, хотел отгородиться этого страха.
Уже в самом начале Славиного рассказа, как она вернулась домой, а мать пыталась ее выгнать, хотел сказать:"Стоп!"
Хотел, но не сказал, не смог…
Потому стоически слушал откровения Славика, пытаясь, сдержать бешенный галоп своего сердца. Делал это, понимая, что ей это нужно.
Да, девочке остро необходимо было открыться и выпустить наружу свою боль и смердящий гнойный сгусток негативной энергии, который она копила годами.
Никогда не поверю, что с таким можно сжиться, смириться, принять. Нет! Никогда!
Такое можно просто загнать глубоко внутрь себя, в самую дальнюю ячейку своей памяти, чтобы жить дальше, но все равно помнить, что с тобой случилось однажды…
- Никита, зачем тебе неполноценная женщина? Морально и психически ущербная. Физически испорченная и грязная. Ты никогда не забудешь этого. Своим присутствием в твоей жизни я буду всегда невольно напоминать тебе об этом. Ложась с тобой в постель и прикасаясь к твоему телу этими уродливыми шрамами, будут напоминать тебе об этом…
Слава начинает говорить очень тихо, совершенно безжизненно, безэмоционально, бесцветно. Постепенно её начинает накрывать.
Голос девушки приобретает оттенки боли, отчаяния, гнева, ненависти.
- Никогда…не смогу…забыть…того дня! Никогда! Все эти годы об этом помню! Каждое мгновение, каждую черточку, каждый штришочек, каждый удар, каждое прикосновение к моему телу, свой страх, - не забуду.
Голос Славы дрожит, периодически срываясь на тихий крик и падая до сипа.
- Знаешь, Никит, я никогда и никому не рассказывала, как меня били, поили водкой, насиловали и рвали на части. Сначала по одному, а потом втроем. Одновременно…
Славик замолкает, будто, окунувшись в свои воспоминания и в их переживания, снова оказывается в том времени, в том месте, с теми людьми.
- Не рассказывала не от стыда и не от страха. Просто мне все время казалось, если я об этом никому не скажу, и никто об этом не будет знать, то этого и не происходило. Понимаешь, мне так легче жить было.
Слава не плачет, но её начинает колотить так, что зуб на зуб не попадает.
У меня возникает непреодолимое желание обнять девочку, прижать к своей груди, чтобы унять её дрожь и взять хоть маленькую толику её боли себе.
- Ты, Н-Ни-ки-та, не п-подумай, я тогда не с-сдалась и д-далась им с-смиренно в руки. С-сначала п-пыталась убе-ж-жать. Но дядька со звериным лицом, поймал меня в коридоре, схватил за волосы, ударил головой о стену и потащил, как мешок, в помещение пустующей части барака.
