Девочка храбро указывает мне границы дозволенного, не знаю, как у меня получается отвечать логично и, насколько возможно, нейтрально, я и сам замечаю, что окончательно перестаю держать дистанцию. Накидываю на нее свое пальто, запахивая под самый подбородок.
Противится, возмущенно снимает и вкладывает в руки верхнюю одежду. «Хватит!» – пульсирует в мозгу. Девочка точно чувствует притяжение, нужно обрисовать свои намерения, и чем быстрее, тем лучше.
– Скоро мы сможем полноценно поговорить: внесем ясность в наши… отношения, – обозначаю позицию. – А сейчас я спешу. Проблемы с машиной, – торопливо покидаю здание, оставляя Женю в полной растерянности.
Стараюсь найти удобное положение, смещаюсь чуть правее. Пять часов сидя с одной лишь остановкой, чтобы поменяться местами, дают о себе знать: ноет поясница, и, кажется, от задницы полностью отлила кровь, я ее больше не чувствую. Накопленная усталость и постоянное нервное напряжение не дают полноценно восстанавливаться организму.
Лавирую в редком потоке машин на трассе, совершенно не соблюдая скоростной режим, далеко впереди замечаю пробку, скорость потока падает. На фоне посеревшего неба различаю привлекающие внимание проблесковые маячки.
Толкаю Коваля в бок:
– Просыпайся, – отвешиваю еще один толчок. Левее от трассы виден столб черного дыма, приоткрываю окно – и в салон проникает запах гари.
– Ну, – недовольно мычит. – Что за вонь? – переводит сиденье из горизонтального положения.
– А ты не чувствуешь? Так пахнут наши сгоревшие надежды, – сворачиваю на грунтовку и обгоняю поток.
Протирая глаза, Коваль вглядывается в облако черного дыма:
– Мать… мать… твою ж мать! Хоть бы не наша. – Почерневший металлический скелет фуры хорошо различим на фоне светлого неба.
Паркуюсь на обочине, Коваль лезет на заднее сиденье, достает документы, перебегаем дорогу. Нас не допускают, после непродолжительных объяснений иду к месту пожара, глубоко втягивая все запахи. А тут настоящая каша из ядовитого зловония пластика, резины и топлива. Моментально забивает ноздри, мешая различить другие запахи.
Открытого огня уже нет, по словам очевидцев, машина выгорела за десять минут, от голого кузова поднимается столб серо-черного смрадного дыма. Радиус выгоревшего сухостоя слишком велик, не удивлюсь, если уничтожали следы.
– Точно наша. – Коваль выходит из эпицентра пожара. Ладонью стирает сажу с покореженного куска металла: – Гор-р-рячий, – с рычанием трясет ладонью, остужая. – Смотри, – подходит, демонстрируя. На номерном знаке можно рассмотреть первую букву номера и следующие две цифры.
– Что про водителя говорят?
– Сказали, видели человеческий силуэт в салоне. Машина вспыхнула, и никто не решился подойти. Вызвали ментов и пожарных, а вот, кстати, и они. – Сирены вмешиваются в общий гомон. – Вовремя, сейчас окончательно зальют следы.
– Быстро проходимся по радиусу. Отсюда и до трассы успел осмотреть, – указываю направление.
Сомнений нет, ничего нового мы не найдем. Расходимся в разные стороны, оббегаем необожженную местность. Встречаемся через минуту, и каждый из нас отрицательно машет головой. Пожарные автомобили проезжают мимо, поднимая черные клубы пыли.
– Звони юристам, узнавай, какие документы нужно сейчас заполнить и получить. – Плечи обреченно опускаются, и мы медленно идем к трассе. – А я еще раз побеседую со свидетелями, пока не разъехались окончательно.
Полчаса бесполезных расспросов. Фура стояла в стороне, что не вызвало ни у кого удивления, водитель мог заниматься ремонтом и съехал с трассы, чтобы не мешать потоку. В один момент вспыхнул прицеп, машину объяло пламенем за считанные минуты, выбрался ли водитель – неизвестно.
Никто ничего не видел. Классика.
***
Сегодня первый самостоятельный день на работе, мне и еще одной девочке Дмитрий поставил смену в субботу, аргументируя тем, что не семейные – можем отдохнуть и в будний день.
Спешу на остановку и ощущаю себя ребенком, которого первый раз родители отпустили в магазин одного. Волнительно и немного страшно без Иры.
– Доброе утро, – здороваюсь с коллективом.
Да… утро субботы не у всех выдалось добрым, судя по тихому ворчанию в ответ. Я подошла вовремя, как раз из-за поворота показался наш автобус.
– Эй, подождите! – Дмитрий бежит по тротуару, размахивая руками, привлекая к себе внимание. – Женя, задержи водителя. – Я остаюсь стоять на нижней ступени в ожидании. – Привет, – вваливается вместе со мной. Подхватывает за талию и легко ставит на верхнюю ступень. – Спасибо, – благодарит водителя. – Ты сегодня без подруги, можно сесть с тобой?
– Конечно. – В салоне полно пустых мест. – А вы зачем на работу в выходной день? – пересаживаюсь к окну, освобождая место у прохода.
– У меня важный проект, – снимает куртку и бросает на соседнее кресло. Автобус трогается, и парень тихо ругается, удерживая равновесие. – Приходится работать и по выходным.
– М-м-м, – многозначительно протягиваю.
– Что, не думала, что родственники директоров умеют работать? – поддевает беззлобно.
– Не знаю, – жму плечами, не желая затрагивать тему.
