– Ничего, – рычит поверх головы. Откидывается на спинку сиденья, распластывая меня по себе и утыкается носом в макушку. – Надеюсь, ты поняла, что глупо так поступать? Если я говорю, что отвезу тебя, значит, отвезу, и не нужно выдумывать в своей голове что-то и бежать от меня. Сегодня повезло, что это были просто люди… – Он замолкает, не договорив.
– Зачем вам это? Зачем меня куда-то отвозить, подвозить. Все эти ваши игры, какие-то намеки, беспокойство за мою судьбу…
– Затем, что я хочу. Хочу заботиться о тебе. – Мужские губы своим движением щекочут волоски на голове. – Беспокоиться. Надевать пальто, когда холодно. Держать в объятиях. Я много чего хочу делать с тобой и вместе с тобой. – Каждое слово, сказанное хриплым шепотом, похоже на правду. Губы целуют мой висок, щекоча и царапая жесткой бородой.
– Я не понимаю, – упираюсь ладонями в мужскую грудь, обтянутую черной футболкой. – Почему? – Зачем я это спрашиваю? Что я хочу услышать?
– Ты моя пара. – Мужской голос смешивается со звуком клаксона, мимо проносится пустой автобус.
– Что? – Произнесенные слова кажутся мне бессмыслицей.
Лео игнорирует вопрос:
– Садись вперед и пристегивайся, – помогает перебраться на переднее пассажирское сиденье и занимает водительское.
Я замечаю свое отражение в зеркале заднего вида: тушь стекает черными полосами по щекам, раскрасневшийся нос и припухшие глаза. Если вернусь домой в таком виде, Ира не успокоится, пока не выпытает все подробности. А говорить, вспоминать, обсуждать мне совершенно не хочется.
Не отрываясь от дороги, Лео склоняется к бардачку, открывая:
– Там есть салфетки.
– Спасибо, – достаю из сумочки зеркало и принимаюсь убирать следы косметики, а главное, истерики. С силой тру губы, щеки там, где касалась мужская ладонь, пропахшая табаком. – Спасибо за все, – благодарю, возвращая салфетки на место.
– Пожалуйста. По-другому просто не может быть.
– Вы опять начинаете говорить какими-то загадками, – изредка поднимаю взгляд на профиль машины.
– Никаких загадок. Ты мне нужна. Я это озвучиваю прямо и открыто. – А я стараюсь заглянуть в лицо мужчины, что сосредоточен на дороге. Прочесть хоть какую-нибудь эмоцию, уловить. – И перестань мне выкать, только не нужно упоминать о моем возрасте. Все не так просто, как может казаться.
– А что тут сложного? Вы старше меня почти вдвое. – На мне сказался стресс всего дня, и этот разговор загадками не пугает. Меня вообще присутствие этого мужчины рядом не пугает. Скорее всего, устав бояться, я подсознательно ищу защиты у того, кто сильнее меня… намного сильнее.
– Ты веришь в богов? – Вот разговора о религии я ожидала в последнюю очередь.
– Наверное. Да, – соглашаюсь с мыслью в голове. – Безусловно, кто-то должен быть кроме нас, кто-то сильнее и умнее, хотя иногда я в этом сомневаюсь.
– Не сомневайся, – ожидаю продолжения, но Лео замолкает, а мы въезжаем в черту города. – Я предлагаю тебе свою защиту, – говорит просто. – Свой дом. Возможность пользоваться всем, что у меня есть или может потребоваться.
– Вы меня хотите купить? – первое, что приходит в голову.
За всю дорогу Лео впервые смотрит мне в глаза. Чернота глаз обжигает и затягивает.
– Тебе действительно может показаться, но это не так. Рано я начал этот разговор, – недовольно рыкает себе под нос. – Знай одно: я никогда не сделаю тебе больно. Никогда, – повторяет, не сводя с меня взгляд. Паркует машину у подъезда и выходит вслед за мной.
– Не нужно беспокоиться, здесь со мной ничего не случится. – Игнорирует мое замечание, подхватывает под локоть и ведет на пятый этаж, останавливается напротив квартиры и ждет, пока я достану ключи. – Спасибо.
– Я подожду, пока ты зайдешь, – и действительно ждет.
Открываю дверь, вхожу внутрь квартиры:
– До свидания.
На площадке опять кто-то выкрутил лампочку, и свет проникает с нижнего этажа сквозь лестничные пролеты, подсвечивая мужскую фигуру снизу, делая ее еще внушительней. Закрываю дверь и прижимаюсь к глазку: продолжает стоять.
– Женя, наконец-то! Я собиралась звонить кому-нибудь. – Ира шепчет, снимая с меня пальто.
– Все хорошо, Ириш, – кладу сумочку и снимаю сапоги, а когда Ира скрывается в кухне, вновь смотрю, но уже на опустевшую площадку.
***
У меня еще трясутся руки, когда я сажусь за руль – и это не от приближающегося оборота, зверь сейчас как никогда спокоен, он наконец познакомился со своей парой, защитил, выместил злость, а меня просто трясет от переполняющих человеческих эмоций.
Самая яркая из них – страх!
Всем телом чувствую присутствие Жени, мне не нужно оборачиваться и смотреть – она сжалась в комок.
– Я просил не смотреть, – наблюдаю в зеркало заднего вида, ее сердце не перестает грохотать, а тонкие пальчики с силой вцепились в кожаную обивку салона. Включаю передачу и срываюсь с места. Не хватало, чтобы девочка успела рассмотреть тех уродов. Если бы не Мит, вряд ли смог бы сдержаться и не забрать две жизни.
Девочка задает вопросы, рассмотрев раскуроченный автомобиль.
– Они живы?
