— Соня… — еле слышно и протяжно произносит Стас, будто пробует имя на вкус. Передергивает от его хриплого голоса, который я пыталась навсегда забыть. Внимательно осматривает каждую часть моего тела, словно не доверяет тому, что видит. Жадно поглощает мой новый образ. Боль в глазах смешивается с непониманием. Задерживает свой изучающий взгляд на ненавистных шрамах.
Когда-то девочка Соня очень хотела, чтобы глаза любимого мужчины были направлены только на неё. Но это не является желанием Ани.
— Извините, вы ошиблись, я — Анна Орлова, — произношу упрямо, отказываясь принимать тот факт, что Софья Феникс на самом деле жива.
— Понимаю, что ты меня ненавидишь, но бессмысленно отрицать очевидное, — с обреченностью произносит Стас.
— Нет, вы ошибаетесь. Соня не могла вас ненавидеть, она умела лишь любить. Но какая жалость, девушка умерла! — ехидство Орловой не знает границ.
— Расскажи, что тогда случилось. Как ты выжила? — игнорирует злорадство с моей стороны, умело переключаясь на другую тему.
— Спроси у своего любимого тестя, — не собираюсь ничего рассказывать этому предателю.
— Поговорить по-человечески у нас не получится, я так понимаю?
Утвердительно киваю головой в знак согласия. На данный момент меня беспокоит один неприятный факт.
— Что ты забыла в промзоне? — предупреждает мой вопрос мужчина.
— Да так, приехала избавить мир от одного ничтожества, — будничный тон заставляет собеседника усмехнуться.
— А ты? — парирую вопросом на вопрос.
— Я сопровождаю некоторые сделки Алексея Григорьевича, — удивляет мужчина, которого не узнаю. Как он мог связаться с таким человеком?
— Зачем тебе всё это? Ты ненавидел криминал, — недоумение так и сквозит в голосе.
— Вспомнила, значит, — парирует с усмешкой Стас. Да, нормально поговорить у нас действительно не получится.
Бессмысленную перебранку прерывает входящий звонок мобильного Волкова. Не слышу, о чем разговор, но явно о чем-то плохом, потому что Стас начинает чертыхаться, как матерый зек.
— С твоими людьми всё в порядке. Ранены, но живы. Только Свиридов сбежал, — выплевывает водитель, заводя мотор автомобиля. Сразу же становится легче дышать, пока до сознания не доходит вторая часть предложения.
— Как сбежал? — произношу дрожащим голосом.
— Так же, как и мы, на четырех колесах, — находит время для идиотских шуток.
— Тебе Кира звонил? — срочно нужно переговорить с другом.
— Да.
— Дай мне свой телефон, — умоляюще прошу Стаса. Молча получаю телефон в руки. Но не могу разблокировать.
— Пароль.
Стас долго молчит, не отрываясь от дороги. Позади уже несколько километров.
— Ну, — теряю терпение, будто прошу назвать пароль от банковской карты.
— Твой день рождения, — с неохотой отвечает Волков. Умеет он удивлять. В другой ситуации позволила бы себе немного поиздеваться над ним, но на это нет времени.
Ввожу четыре цифры, и телефон снимается с блокировки. И от того, что вижу, перехватывает дыхание. Забываю, что мне необходим кислород. На главном экране наше совместное фото со дня рождения Стаса. Фотограф запечатлел самый откровенный момент нашего выступления. Поцелуй, который навсегда врезался в память.
Воспоминания, как нежданные гости, врываются в мой мозг. Вихрем уношусь в тот счастливый момент, где не было предательства, ненависти, мучительной тоски. В то время Соня ещё могла стать счастливой, если бы не череда трагических событий.
Чувствую, как влага стекает по щеке. Незаметно стираю ненавистную слезу тыльной стороной ладони. Отворачиваюсь к окну, не желая показывать свою слабость.
Набираю последний принятый номер и слышу продолжительные гудки. Кира не отвечает. Предполагаю, что расхлебывает фатальные последствия сегодняшнего дня.
Отдаю телефон обратно Стасу, игнорируя факт существования фотографии.
Забирает мобильник и кладет в карман легкого пальто.
— Ничего не скажешь? — голос мужчины пропитывается болью. В уголках глаз появляются слезы. Но моё сердце испытывает только удивление. Никогда не видела, чтобы Стас плакал.
— Ничего важного не увидела, чтобы комментировать.
Пытаюсь больнее уколоть его, напитаться теми же страданиями, через которые когда-то пришлось пройти Соне из-за его безразличия. Но мужчина мгновенно скрывает свои эмоции, сосредоточив всё внимание на дороге.
Плевать на всё. И на то, куда он меня везет. Нет абсолютно никакого желания разговаривать с ним. Рано или поздно высадит где-нибудь.
Заезжаем в Москву. Останавливаемся где-то во дворах спального района.
— Куда ты меня привез? — пытаюсь хоть как-то сориентироваться на местности.
— Сейчас заберем необходимые вещи и затаимся на пару дней, — озвучивает дальнейшие действия Волков, приводя в замешательство. В мои планы не входило проводить время с ним.
— С ума сошел! Вызови мне такси, — в голове уже строю маршрут к дому, а потом поеду на поиски Киры.
— Хочешь сдохнуть при входе в подъезд! Тебя уже ищут люди Свиридова, — переходит на повышенные тона разозленный мужчина.
— Уж о себе позабочусь! — шиплю ему в ответ.
Стас приближается на опасно близкое расстояние и хватает сильными руками за плечи, причиняя боль.
