— Не могу. Влюбился, как только увидел тебя тогда, в подворотне, бесстрашную, с пушкой в руках. А когда ты начала обрабатывать раны человеку, которого ненавидела, пропал навсегда. Может и ещё раньше, в школе. Дразнил тебя. Не понимал, что понравилась.
Начинаю рыдать из-за откровенных слов мужчины. Прекрасно знаю все оттенки болезненных чувств от безответной любви.
— Зачем мы живем, Кира? Если не можем быть счастливы с теми, кого любим, — задаю вопрос, который терзает в последние дни. Не знаю, как жить после мести и зачем. Смогут ли вырасти цветы на руинах и пепелище прошлого?
— Во всем есть смысл. Ты обязательно его найдешь и будешь счастлива. Я тебе помогу, — пытается вселить в меня хоть какую-то надежду друг.
— Люблю тебя… — шепчу мужчине, крепче прижимаясь к его сильному телу. Он прекрасно понимает, что я имею в виду. Он дорог для меня, как брат, которого у меня никогда не было. Глядя на близкие отношения близнецов, где-то в глубине души завидовала им. Они вдвоем противостоят целому миру. И вместе навсегда.
— И я тебя, — слышу последнее, когда мое сознание под действием алкоголя начинает погружаться в темноту.
Наступает день икс. Через два часа Антон разошлет клиентам Свиридова файлы с их активным участием в непотребствах.
На обед назначено собрание акционеров компании «Альфа». Где будет решаться вопрос об отставке генерального директора. Посмотреть на поражение своего главного врага поеду лично.
Сегодня утром у Свиридова назначена встреча с таинственным покупателем партии оружия, которую устроил Кира через старые связи отца. Этот ублюдок и не подозревает, что его ждет.
Собираю волосы в конский хвост. Надеваю свободное бордовое платье, которое отлично скрывает боевое оружие, спрятанное в кобуру на внутренней стороне бедра. Так, на всякий случай.
Кирилл был против моего участия. Но не могу больше оставаться в стороне. Я должна лично посмотреть в глаза монстра, разрушившего мою жизнь.
Три тонированных джипа, полные вооруженными до зубов людьми, выезжают из особняка Киселёвых. Мы с Кирой едем во второй машине.
— Оружием не светить, стрелять только в случае опасности. Мы не заинтересованы в кровопролитии. Нужно потянуть время, пока курьер доставит доказательства в прокуратуру и не приедет полиция, — Кира отдает приказы своим людям через рацию.
Начинаю нервничать. Я бесконечно долго ждала этого дня. Киселёв замечает мою дрожь и крепко сжимает ладонь, давая понять, что он рядом.
— Всё будет хорошо, — успокаивает мужчина, полностью одетый в черное. Ему идет этот цвет.
К складам на окраине Москвы приезжаем строго к назначенному времени. Остаюсь ожидать в машине. Надеваю наушники, чтобы подслушивать происходящее.
После нас на территорию въезжают две серебристые машины, из которых выходят люди Свиридова и дьявол собственной персоной. Лиц разглядеть не удается. Все сразу направляются в небольшой ангар, расположенный между складами, где будут проходить переговоры.
Подключаюсь к прослушке, но она не работает. Черт. Всё же проверяли перед выходом.
Ожидание хуже смерти. Не представляю, что сейчас там происходит. Проходит минут двадцать. Что-то идет не так. Выбегаю из машины, заранее сняв пистолет с предохранителя и спрятав переведенное в боевой режим оружие обратно.
К постройке приближаюсь на цыпочках, стараясь максимально не шуметь. Иду вдоль стены, пока не слышу грубые мужские голоса.
— Киселёвское отродье! Надурить меня решил? Ты знаешь, что делают с такими, как ты? — слышу омерзительный хриплый голос.
— Ещё бы мне не знать, ведь это ты убил моего отца! — с презрением отвечает скорбящий сын.
— Он сам виноват, влез, куда не просили, а так жил бы долго и счастливо, — усмехается безжалостный убийца.
Дела совсем плохи. Смотрю через узкую щель на Свиридова, который сидит напротив входа и держит на мушке Киру. Наши ребята обезоружены. На что мы вообще рассчитывали? Проклятье.
Времени думать нет. Буду импровизировать.
Пьяной походкой вваливаюсь в эпицентр бури, приводя некоторых в замешательство.
— Мальчики, ик. простите, а где здесь туалет. ик. я немного заблудилась, — сама не понимаю, что за бред несу, но эффект произвожу потрясающий. У наших ребят отвисает челюсть. Кира в удивлении закатывает глаза. При других обстоятельствах однозначно рассмеялась бы. Но сейчас не могу оторвать взгляд от пистолета, который все ещё направлен на дорогого мне человека.
— Ой, а что вы здесь кино снимаете…ик, — продолжаю корчить дуру, указывая пальчиком на оружие.
— Уберите эту сумасшедшую! — рычит Свиридов, чуть ли не пуская от бешенства слюни. Его люди начинают двигаться в мою сторону.
Но никто и подумать не может, что у миниатюрной хрупкой девушки припрятан козырь в рукаве, а точнее в ноге.
— Мальчики, — произношу приторно сладким тоном, — хотите, фокус покажу? Молниеносным движением достаю пушку и произвожу выстрел в руку Свиридова, выбивая его оружие. Годы тренировок в тире не прошли даром. Я всё ещё лучший стрелок среди наших парней.
