С облегчением заметив, что предположения 3РО о возможном вторжении в квартиру сенатора каких-то преступников оказались ложными, первой в себя пришла Падме.
- Асока, ты вернулась! – радостно воскликнула Амидала и, протянув руки вперёд, чтобы обнять абсолютно невредимую подругу, сделала было шаг навстречу Тано, однако дерзость и грубость накачанной тогруты тут же остудили её пыл.
- А ты надеялась, что я не вернусь? - издевательским тоном огрызнулась юная наркоманка, - Боишься, что я твоего мужа уведу, уродина?
Слова Асоки, моментально долетевшие до ушей всех присутствующих, вызвали у служанок неконтролируемую волну тихих смешков, в то время, когда донельзя оскорблённая Падме замерла на месте, чувствуя, как стыд, неловкость, обида и ярость, краснотой проступают на её коже. Так Амидалу ещё не оскорбляли никогда, наверное, потому сенатор даже не сразу нашлась, что ответить на подобную наглость.
Но Тано, будто и вовсе не обращая внимания на то, что только что буквально смешала подругу с грязью, как-то внезапно вновь вспомнила о «сильном противнике», которому она ещё совсем недавно собиралась «задать», и опять начала буянить.
- Дыщь! – громко выкрикнула тогрута, одним ловким движением мощной неконтролируемой волны Силы, сошедшей с её кисти, напрочь снеся голову несчастной статуе, что находилась слева от девушки, а затем, резко замахнувшись второй конечностью, послала точно такой же форсъюзерский приём в сторону Падме.
- Бдыщь!
Видя, что до этого произошло с многострадальным украшением интерьера, Амидала не нашла ничего лучше, как только испуганно отскочить назад от достаточно опасной атаки, в дребезги разнёсшей нечто, находившееся на прежнем месте, у сенатора под ногами, и грозно зыркнуть в сторону всё ещё продолжающих глупо посмеиваться служанок.
Очевидно, что гнева Падме несчастные хрупкие девушки боялись куда больше, нежели повреждений от внезапных, неконтролируемых выпадов Асоки, так как, тут же поняв намёк, несмело рванулись в сторону совсем разбуянившейся Тано, дабы усмирить её. Быстро сообразив своими накачанными мозгами, что её «свободу воли» пытаются насильно ограничить, тогрута незамедлительно перешла в наступление. Громко ругаясь, словно самый последний бомжара с нижних уровней Корусанта, юная наркоманка стала вырываться, брыкаться, извиваться, столь ожесточённо нанося удары несчастным служанкам, что те, одна за другой, получая сильные повреждения, разлетались в стороны, будто тряпичные куклы. При этом, Асока ещё и успевала продолжать нагло дерзить, и так заметно ущемлённой сопернице.
- Что сбежал от тебя твой благоверный на другой край галактики, уродина? Наверное, трахает там сейчас какую-нибудь симпатичную тви`лечку… - девушка на секунду остановилась, довольно улыбнувшись собственным мыслям, а затем влепила такой сильный удар одной из подбежавших служанок, что та даже кувырком перелетела через диван, - Нет… Тогруту! Они его больше возбуждают… - вконец обнаглев и охамев, тут же заявила ещё более непристойную пошлость Тано, вырубив двух других помощниц Амидалы.
- О, мои локаторы, лучше б вы опять этого не улавливали… - от подобного головокружительного оскорбления в сторону его хозяев С-3РО хлопнул себя ладонью по золотому лицу и быстро поспешил удалиться из помещения, дабы впредь не слышать того, что не следовало бы знать приличному дроиду.
А только что пришедшая в себя от всего пережитого ей ранее Падме, аж стиснула свои ухоженные пальчики в кулаки, чувствуя, как медленно ломается её аристократическая, манерная выдержка, под давлением сильных оскорбления, возмущения, ярости и гнева.
- А может не такая уж я и уродина, раз Энакин, всё же, мой муж, а не твой, - наконец-то сорвалась сенатор, не в состоянии больше терпеть подобной наглости от потенциальной соперницы, абсолютно не осознавая, чем сея издёвка могла обернуться для неё самой, и резко двинулась в сторону Тано, дабы помочь служанкам.
Заявление Амидалы было столь смелым и неожиданным для тогруты, что ту от нереального шока с головой поглотила абсолютно дикая, неконтролируемая ярость.
- Это мы сейчас исправим! – от возмущения даже прошипев сквозь зубы, оглушительно взвизгнула накачанная наркоманка и, одним мощнейшим приёмом Силы вырубив всех оставшихся дееспособных помощниц сенатора, резко выхватила с пояса свои световые мечи.
Быстро активировав их, абсолютно обезумевшая Асока, с невероятной для её нынешнего состояния ловкостью прыгнула в сторону несчастной соперницы, словно хищник во время охоты, желая разодрать ту на куски, нанести ей как можно больше вреда и увечий.
