Это милое проявление любви и нежности Асоки и Энакина продлилось совсем недолго, после чего, так же уверенно, как и приблизилась к Скайуокеру, Тано быстро разорвала приятное соприкосновение их губ. А затем, словно делая вид, будто ничего и не произошло, весело затараторила привычную бытовую ерунду:
- Так что ты хочешь на завтрак?..
Продолжая говорить нечто с такой же лёгкостью, как была когда-то в её с учителем общении в годы падаванства тогруты, юная, теперь уже не наркоманка, с огромным энтузиазмом направилась к кухонному столу, увлечённо раскладывая продукты на нём и пытаясь из них сообразить лучшее блюдо, которое она только умела готовить, чтобы порадовать так ничего и не ответившего Асоке на предыдущий вопрос джедая.
И сам не веря своему счастью, Энакин лишь безмолвно последовал за ней, усевшись на одном из кухонных стульев и с радостью наблюдая за кардинальными переменами, что произошли в Тано, переменами в лучшую и единственно правильную сторону, мысленно осознавая, что теперь, по некому странному стечению обстоятельств, по некому причудливому велению Силы, по некой необычной воле судьбы, лететь за Падме не было абсолютно никакого смысла. Ибо ничего уже не изменишь и не вернёшь.
========== Глава 9. Я… , Часть 1 ==========
Прошло несколько дней с того момента, как Энакин и Асока, наконец-то, действительно открылись в своих чувствах друг другу. Тано отчаянно держалась изо всех сил, и, казалось, была абсолютно счастлива. Наконец-то, спустя столько долгих дней, месяцев страданий наступила заветная идиллия. Они со Скайуокером снова были вместе, только на сей раз не просто как учитель и ученица, не просто, как взбалмошная наркоманка и её нянька, а действительно, по-настоящему вместе, как влюблённые. Постепенно с переменой в настроении и в целях тогруты стала понемногу меняться и её жизнь. Они с генералом начинали медленно, но уверенно восстанавливать всё то, что было «разрушено» наркоманкой в прошлом. Вместе наводили порядок в квартире, Энакин даже, на свой страх и риск, собрал парочку мелких дроидов-уборщиков, не всё же ему самому, чуть ли не первому джедаю в ордене и первому командующему армией в Республике, тряпкой махать. Вместе ходили по магазинам за продуктами и предметами интерьера, дабы восполнить пустоту и бедность квартирки Асоки. Вместе гуляли по ночному Корусанту, наслаждаясь его таинственной, романтичной красотой. И всё было почти идеально, так, как всегда мечтала Тано, если бы не ужасные, мучительные, болезненные приступы ломки.
Да, тогрута старалась сдерживать свои порывы принять наркотики так сильно, как только могла. Теперь она была действительно счастлива, по-настоящему счастлива в реальности, и искусственное сапфировое наслаждение больше Асоке было ни к чему. По крайней мере, так она видела ситуацию разумом, но тело… Тело Тано с каждым разом всё сильнее и сильнее требовало новой дозы, делая очередной приступ ломки невыносимее прежнего. Это было тяжело, ужасно больно, однако тогрута пока проявляла нереальную стойкость перед смертоносным соблазном. Её счастье было таким огромным, но таким хрупким, что Асока была готова как угодно мучаться, лишь бы только вновь не разбить его в дребезги, на миллионы и миллиарды осколков, которые уже никогда нельзя было бы собрать. И Энакин помогал ей во всём, помогал настолько, насколько только мог человек, никогда не имевший дело с зависимостью от наркотиков. Старался подбадривать и поддерживать любимую бывшую ученицу во всех её начинаниях, которые только приходили девушке в голову. А Тано, со всей прытью двигалась в правильном направлении.
Вот, например, сегодня девушку, внезапно, посетила необычная мысль. Пожалуй, впервые Асока поняла и трезво осознала, сколько неудобств она причинила своими накачанными выходками, пьяными истериками, неадекватными буйствами соседям, невольно услышав, как чётко раздавались звуки в её квартире, когда кто-то шуршал за стеной. И вспоминая, как она сама громила мебель, орала, дралась, включала музыку, Тано с ужасом пыталась откинуть мысль, сколь громко всё это было для тех несчастных, что жили рядом. Да, и что там звуки, она ни раз лично ругалась и даже хамила обитателям других квартир. Особенно часто конфликты происходили с тем зелёным толстым гуманоидом, дом которого находился к её «апартаментам» ближе всего. Но это было в прошлой жизни, теперь же Асока считала, что она полностью изменилась, будто переродилось после той судьбоносной ночи, что перевернула всю её жизнь. И эта новая она уже не могла вот так просто оставить всё как есть. Эта новая она ощущала стыд и вину за содеянное и видела одним из шагов на пути к своему выздоровлению и искуплению извинения перед всеми теми, кому Тано когда-то сделала больно, хоть сколько-нибудь больно из-за наркотиков.
