Последнее, что крайне смутно помнила Асока был её разговор с Розовой о наркотиках и ордене джедаев возле некой помойки в грязном переулке нижнего уровня Корусанта, а дальше, дальше тьма и пустота. Ещё какими-то урывками она видела странные, пугающие моменты удушья, что списывала то ли на галлюцинации, то ли на собственные кошмары, но больше ничего. Тано не знала, ни что было потом, ни куда делась накачанная твиллечка, ни как она очутилась в этом месте, но, повнимательнее присмотревшись, с радостью узнала собственный дом.
Разглядев-таки мутным взглядом её спальню, Асока с облегчением вздохнула, лишь сейчас заприметив на прикроватной тумбочке кем-то заботливо оставленный ей стакан воды. Быстро схватив его обеими руками, тогрута жадно выпила содержимое склянки и, немного отдышавшись, прислушалась. Судя по всему, в квартире был кто-то ещё. Решив, что это, наверняка, Розовая, Асока небрежно бросила пустой стакан на собственную кровать и во «всей своей красе», наконец-то, соизволила показаться в гостиной.
Ещё с порога заприметив всю оборванную, грязную и перепачканную собственной кровью Асоку, явно страдающую от последствий вчерашних «приключений», Энакин на секунду оторвался от «сервировки» стола и, поставив блюда с поздним завтраком на него, взволнованно, заботливо поинтересовался:
- Как ты себя чувствуешь?
Услышав вместо привычного женского голоса Розовой, такой знакомый и родной ей мужской голос бывшего мастера, Тано аж вздрогнула. Но, не до конца поняв галлюцинация это была или реальность, вида своего волнения или изумления так и не подала. Тогруте было сейчас настолько плохо, что ей просто лень было разбираться, видится ей Энакин или нет, и если всё же не видится, то какого хатта этот наглый предатель и одновременно безгранично любимый ей человек опять делает здесь, после её выходки в ордене. Оттого не став особо заморачиваться о причинах и реальности появления Скайуокера в её квартире, Асока просто медленно, едва идя, проследовала к обеденному столу и бессильно плюхнулась на ближайший стул.
- Всё тело ломит, голова раскалывается, горло и лёгкие почему-то болят, совсем ничего не помню, - спокойно, как будто ничего особенного с ней и не произошло, стала монотонно перечислять Тано, лениво потирая собственный лоб и осматривая сама себя.
Девушка собиралась было добавить что-то ещё о собственном самочувствии, даже успела протянуть, краткое:
- И… - как внезапно её взгляд упал на одежду, всю заляпанную багряными пятнами.
От чего тут же взбодрившись, Тано как-то изумлённо взвизгнула:
- Ой, кровь! Откуда она? – а затем, с ещё большим изумлением и недоумением стала рассматривать её, теперь уже красно-бардовые, мини-юбку и топ.
Наблюдая за тем, как Асока абсолютно беззаботно пялится на собственную одежду, как будто это всё были лишь последствия каких-то детских забав, несерьёзных приключений, Скайуокер недовольно нахмурился. То, чтобы Тано сейчас вот так спокойно восседала на стуле подле кухонного стола и, играючи, изумлённо и почти весело определяла, как, почему и насколько сильно пострадал её наряд от непонятных пятен крови, стоило ему очень многого. Да, что там ему, самой Асоке это едва не стоило, хм… девственности, в чём Энакин не сомневался, и вообще жизни. И так продолжаться дальше просто не могло! Вчера генерал чуть не потерял ещё одного дорогого для него человека, почти каждую секунду находясь на грани, чтобы успеть, чтобы быть способным спасти её, а Асока даже ничего не помнила, она даже не заботилась о том, какой ужас, какой кошмар с ней мог произойти под кайфом, и это было просто недопустимо! Позволить повториться всей этой жути, просто нельзя было больше никогда! Наверное, потому, не став дожидаться очередной глупой, весёлой или безразличной реплики Тано, Энакин, крепко сдавливая обе свои руки в кулаки, с трудом сдерживая гнев и негодование, серьёзно, но пока спокойно, спросил:
- И ты считаешь это нормальным?
Слова её бывшего мастера в один момент заставили тогруту отвлечься от разглядывания собственной одежды и, наконец-то, заинтересованно посмотреть на него. Наверняка, Асока ожидала от Энакина подобного вопроса, потому как тут же спокойно и размеренно, словно преподаватель в школе или университете, ответила:
- Ну, после кайфа иногда такое бывает, - на секунду девушка запнулась, её взгляд ещё раз упал на перепачканную одежду и, обдумав что-то в своей легкомысленной голове, наркоманка неуверенно добавила, - Правда кровь…
