– Повышении? Она же… Она же совсем зеленая! – Та, которая змея, аж задыхается. Как ее зацепило-то, любо-дорого смотреть!
– Это отличное качество для данной должности. Чем меньше она знает внутреннюю кухню, тем чище будет взгляд и восприятие.
На самом деле, херня это все. Я только что сам придумал обоснование. Главное – она честная, не лебезит и не гнется.
Ну, и еще нравится мне немного. И хочется ей помочь.
– Роман Витальевич, а что за должность? Мы потянем по деньгам-то? – Борюсик перестал бороться с пуговицей, зачесал затылок. До него начали доходить возможные сложности.
– Потянете.
– У нас же экономия ФОТ теперь? Вы сами утром сказали? – Ему и утром разговор не понравился, но этот нравится еще меньше.
– Ну… порежешь себе премию немного. И вот этой девушке – за то, что не умеет все делать с первого раза. Глядишь, и хватит на зарплату Анжелике. А если не хватит – уволишь кого-нибудь лишнего!
Я бы тут половину бездельников разогнал, от них и так никакого толку. С такими убытками нет больше нигде ни одного филиала. И ревизор мне здесь точно будет нужен.
– Идите, Наталья Ивановна, готовьте приказ. Нужно в кадровое расписание внести ставку ревизора.
– Какую ставку?
– Ту самую. Вы прекрасно все услышали.
– А что она будет делать-то? У нас таких раньше не было…
У Бори скоро случится инфаркт. Грымза зеленеет. Можно физически ощущать, как растет ее ненависть к Анжелике… Еще чуть-чуть и ее разорвет. Было бы весело…
– Я сам объясню и научу ее всему, что войдет в обязанности. Она подчиняться будет напрямую мне. Так что, вам в это можно и не вникать.
Они еще и туповатые все. Не могут быстро реагировать: смотрят на меня, как на столб, глазами хлопают и скрипят зубами. И молчат.
Что ж… У меня как раз будет время сгонять на парковку и забрать там чистую рубашку. Ходить обляпанным – не очень хорошо. Даже такому наглому и неприятному человеку.
А эти товарищи успеют отвиснуть. Или умереть от расстройства. К ним, отчего-то, никакой жалости…
– Да что ж такое-то! – Задумался по дороге, прописывая в уме обязанности для своей новой протеже.
Чуть лбом не врезался. Прямо в нее, в ту самую…
– Ого. Уже успела вернуться?
– Почему вы все время в меня врезаетесь? – Она опять сердится и губы поджимает.
А потом довольно расплывается в улыбке, когда я ее оглядываю.
Коза какая! Послушалась – колготки не стала надевать. Вместо них ноги спрятаны под белыми льняными брюками!
Надо было плюнуть на все и остаться дома. И черт бы с ней, с этой работой!
Все равно – долго не задержусь на ней. Если Роман Витальевич не доведет до греха, и не заставит надеть себе на голову что-то тяжелое, значит, Грымза Ивановна постарается.
Для нее – дело чести затравить кого-нибудь, посмевшего перейти дорогу. А я, похоже, эту дорогу несколько раз перебежала, да еще и под самым носом начальницы.
И проще не тратить нервы, сразу послать всех нафиг… И не появляться здесь больше!
Но вместо мудрого, логичного, адекватного поступка, я лихорадочно вываливаю из шкафа все содержимое – ищу, во что бы переодеться.
Я просто обязана Романа Витальевича обломать!
И видеть его лицо, растянутое в изумлении, – бесценно. Хотелось бы держать покерфейс, прикинуться, что вообще не помню его наставлений… Но выходит слабо.
– Значит, послушалась, да? – Он подходит настолько близко, что мы почти упираемся носами друг в друга.
Он вкусно пахнет. И пышет жаром. Не удивительно – на улице настоящее пекло. Я сама плавлюсь. И это никак не связано с близостью мужчины… Да! Никак не связано!
Нужно просто быстрее спрятаться в офис, под легкий бриз кондиционеров. И тогда все станет стразу же нормально!
– Да. Спасибо вам огромное за совет, Роман Витальевич! – Не могу не улыбаться язвительно. Мне так нравится ставить его на место, хотя бы такими вот смешными мелочами!
Он хмурится, не понимая. Не сводит с меня глаз – ждет пояснений.
– Я сама ни за что бы не догадалась, что в такую жару удобнее всего ходить в брюках. Кожа ничем не стеснена, дышит, ветерком обдувает…
На последней фразе осекаюсь. Ляпнула лишнего – это видно по его потемневшим глазам. Что подумал Роман, одному лишь Богу известно… Но моя фантазия уже много всего ненужного нарисовала.
– В следующий раз посоветую тебе ходить без белья. Поверь, ты будешь еще более благодарна!
– Думаете, мне для этого нужны советы? Это и без вас известно…
Хожу по краю. Нарываюсь. С этого типа станется и проверить, так ли все обстоит, как я намекаю…
Очень жарко. Нечем дышать. И плевать уже на температуру воздуха. У меня внутри от волнения такое пекло, что могла бы и пару сугробов среди зимы растопить.
Роман Витальевич довольно скалится. Ему, однозначно, нравится эта идея и мой ответ… Но он лишь молча открывает дверь и, наконец-то, пропускает меня вперед. В желанную тень и прохладу.
Но легче, отчего-то, совсем не становится. Наверное, от того, что он без всякого стеснения берет меня под локоток, а затем – вообще приобнимает.
– Осторожнее, здесь ступенька. Не хватало тебе опять свалиться и испачкать великолепный костюм. Я буду грустить, если снова придется отправить тебя домой, Анжелика.
