Интересно, почему бы это? Я хотела послать его к чёрту. Да и должна была бы. Но вдруг подумала, что пьяный Фаррелл может расслабиться и сболтнуть что-нибудь лишнее. К тому же насидеться в этой комнате в одиночку я еще успею, вся жизнь впереди. Так что напиться с Фарреллом – не худший вариант.
– Хорошо. – Я поднялась с кровати и с готовностью последовала за ним.
Мы вошли в его кабинет, в тот самый, где он пытался меня придушить за то, что я хотела почитать книжку. Ну ладно, на самом деле всё было не так, но моя версия нравится мне больше. Мне вообще нравится любая версия, при которой Фаррелл – сволочь и негодяй.
Он указал мне на мягкое кресло, достал откуда-то бутылку вина, открыл и налил в бокал. Понюхал и передал мне.
– Между прочим, бутылка стоит десять тысяч долларов.
– Неужели? – спросила я.
Нет, я, конечно, знала, что существует вино, за которое платят сумасшедшие деньги. Но пробовать такое мне не доводилось. И я всегда считала идиотами тех, кто готов выкладывать астрономические суммы за то, что можно купить за десятку в любом супермаркете. Впрочем, если у них есть такие деньжищи – возможно, они и не идиоты…
– Я бы, если не возражаете, взяла деньгами, – сказала я, принимая бокал.
Он рассмеялся. Весело ему, сволочи! А я ведь серьёзно.
Он плеснул себе виски и уселся напротив. Сделал несколько глотков. Я тоже отпила из своего бокала. Вино как вино. Вкусное, конечно, но я бы предпочла мартини.
– И зачем я вам тут понадобилась?
– Не люблю пить в одиночку, – сказал он и без всякого перехода добавил: – Я не убивал Криса.
Это было так неожиданно, что я застыла, едва не выронив бокал из разом ослабевших пальцев.
– Конечно, не убивали, – ответила я, изо всех сил пытаясь сдержать дрожь в голосе. – Вы даже были в другом месте. Но сдаётся мне, у тех, кто может себе позволить вино стоимостью в годовой бюджет небольшой семьи, для грязной работы есть специально обученные для этого люди.
Сказала и едва не поморщилась. Слишком уж по-киношному звучало – «грязная работа».
– Хорошо. Сформулирую иначе. Я не убивал Криса и никому не отдавал распоряжений с ним расправиться. Более того, я сам делаю всё, чтобы найти его убийц.
– О, как благородно, – с издёвкой сказала я.
Ничего не могла с собой сделать. Обсуждать с Фарреллом гибель Криса было невыносимо.
– Не только, – серьёзно сказал он. – Крис хотел мне что-то рассказать. Но не успел. А значит, те, кто с ним расправился, угрожают и мне.
Я замолчала, обдумывая то, что он сказал. Звучало логично. Логично, чёрт возьми. И вполне могло быть правдой. И могло быть выдумкой от первого до последнего слова. Никогда нельзя забывать, с кем имеешь дело.
Я пожала плечами.
– Если Криса убили по вашему приказу, вы говорили бы сейчас всё то же самое.
Теперь уже Фаррелл замолчал. Я ожидала, что он будет возражать, приводить какие-то новые неопровержимые доводы. И даже хотела, чтобы приводил. Мысль о том, что Фаррелл может быть не врагом, а союзником, была очень соблазнительной. Любому хочется иметь сильного союзника, а не врага.
– Скорее всего, – наконец ответил Фаррелл. – Но зачем мне убивать Криса? Он был простым охранником и…
– Замолчите! – я зажмурилась.
Простым охранником?! Да он был самым лучшим братом! Он был моей семьей! И самым замечательным человеком из всех, кого я знала. И я не желала ничего о нем слышать от Фаррелла, для которого он был простым охранником!
Я выдохнула, открыла глаза и тут заметила фотографию в рамочке. На ней Фаррелл обнимал женщину. Её я узнала сразу.
– Вы знакомы с Каролиной Стайлз? – удивлённо спросила я.
Фаррелл проследил за моим взглядом и недовольно поморщился.
– Обычно здесь не бывает посетителей, – сказал он.
– Так вы знакомы?
Он усмехнулся:
– Сделать фото со знаменитостью гораздо проще, чем действительно познакомиться.
Но что-то в его лице неуловимо переменилось.
Я была уверена, готова была биться об заклад на что угодно: они не просто мимолётно столкнулись на какой-то тусовке и сделали фото.
С Каролиной Стайлз Фаррелла связывает что-то большее, что-то болезненное. А я вовсе не собиралась щадить его тонкую душевную организацию.
– Врёте. Вы с ней знакомы.
– Я и не говорил, что нет, – сухо ответил Фаррелл, и теперь не оставалось ни малейших сомнений: мне удалось его зацепить. – Я только сказал, что фото ничего не значит.
– Настолько не значит, что вы держите его на столе в рамочке? – теперь уже я вовсю веселилась.
Хватит топтаться по моим больным мозолям и тяжелым воспоминаниям. Пришла его очередь.
– Она была вашей любовницей! – ляпнула я наугад, и по лицу поняла, что попала в точку.
Потом поднялась с кресла, двумя глотками осушила бокал и взяла фото в руки.
Каролина улыбалась. Она была чертовски красива и соблазнительна. Недаром сотни тысяч мужчин грезили о ней.
Но Фаррелл не из тех, кто будет вздыхать в сторонке. Он из тех, кто берёт всё, что ему нравится.
Я продолжала рассматривать фото.
Они были красивой парой. Красивой и гармоничной. Сильный мужчина и прекрасная женщина. Сейчас мне казалось, что Каролина смотрит на меня со снисходительной насмешкой.