Девочка, неужели ты думала, что можешь ему нравиться? Пыталась соблазнить? Глупая, наивная дурочка.
Тут же вспомнились его слова: «Мне нравятся женщины поопытнее».
И вот он – взгляд красивой, уверенной в себе женщины: «Этот мужчина не для тебя. Он мой».
– Нет, не была. Она и сейчас ваша любовница, – внезапно поникшим голосом сказала я.
Подняла взгляд и увидела, что Фаррелл стоит рядом.
Ничего не ответил. И, похоже, это был именно тот случай, когда молчание означает согласие.
Мне почему-то стало больно, хотя вовсе не должно было быть. В конце концов, какое мне дело до того, с кем там трахается Райан Фаррелл? У меня с ним совсем другие отношения и другие счёты.
Он взял фото из моих рук и вложил в них наполненный бокал.
Он стоял близко и смотрел мне в глаза. Долгим взглядом, в котором плескалась темнота. И невозможно было понять, о чём он сейчас думает. Его рука поднялась к моему лицу, осторожно заложила за ухо выбившуюся прядь.
Простой жест, который ничего не значит. А у меня почему-то так громко забилось сердце, что его, наверное, услышал и Фаррелл.
Стало стыдно, неловко и жарко.
Если бы он убрал руку…
Но он этого не сделал. Более того, его пальцы медленно опустились по моей скуле, подбородку, неспешно очертили мой рот.
Я облизала пересохшие от волнения губы, и его взгляд тут же вильнул следом за языком. Я готова была провалиться сквозь землю, а он…
Он смотрел.
Долго.
Пристально.
Казалось, он о чем-то задумался и даже забыл обо мне, но нет… Стоило мне чуть качнуть головой, как наши с ним взгляды скрестились.
Он стоял настолько близко, что я ощущала не только едва заметный аромат его дорогого одеколона, но и жар тела. А еще дыхание. Оно касалось моего лица – теплое, размеренное. И на меня это действовало странно. Очень странно.
Мне ужасно хотелось зажмуриться и доверчиво податься вперед, чтобы стать к нему еще ближе, чтобы его дыхание можно было не только почувствовать, но и попробовать. Своими губами.
Едва эта мысль стала осознанной, как я очнулась. Вынырнула из странного наваждения.
Сделала шаг назад и поставила бокал на стол. Понимала, что ещё немного – и глупо расплачусь. Без причины.
– Вот и пили бы со своей Каролиной! – со злостью бросила я и вылетела из кабинета.
Я почти бежала по длинным коридорам, пока не оказалась у своей комнаты. Захлопнула за собой дверь и упала на кровать. И только потом поняла, что жду… Жду, что он догонит меня, ворвётся в комнату и…
И что? Я не знала. Но почему-то мне было необходимо, чтобы он пришёл.
Только он, конечно, не пришёл. Райан Фаррелл с лёгкостью получает самых красивых женщин. И уж точно он не станет бегать за какой-то девчонкой.
Следующий день начался с сюрприза.
Утром явилась Элеонора, убедилась в том, что я одета, сделала знак кому-то за дверью. И в мою комнату внесли плазменный телевизор. Заметив мой недоумевающий взгляд, она пояснила:
– Мистер Фаррелл распорядился. Здесь есть подписка на несколько сотен каналов, найдёте тут всё, что пожелаете.
– С чего бы это вдруг? – озадаченно спросила я.
Мой вопрос она проигнорировала и продолжила:
– Также мистер Фаррелл поручил мне узнать, какие ещё развлечения вас бы заинтересовали.
– Пусть он меня отпустит. Даже не представляете, как меня это развлечёт.
Она снова словно бы не услышала моих слов.
– Так что передать мистеру Фарреллу насчёт развлечений?
– Передайте, что меня устроит прогулка на яхте, ужин на Эйфелевой башне и сафари где-нибудь в Африке, – прошипела я. – И уходите уже. Видите, у меня несколько сотен каналов. И на каждом из них есть что-то более интересное, чем ваша кислая физиономия.
Элеонора невозмутимо выплыла за дверь, а я принялась лениво щёлкать пультом.
Отыскала какое-то реалити-шоу про моделей и смотрела его серия за серией. Даже немного увлеклась. Эти модельки жили какой-то своей особой жизнью с глупыми разборками и склоками на пустом месте. Забавно.
Я жевала эту телевизионную жвачку, когда Элеонора снова возникла на пороге комнаты. У неё в руках были пакеты из магазинов.
– У вас час на сборы, – проговорила она.
– Какие еще сборы? – возмутилась я. – И вообще, скоро обед.
– Мистер Фаррелл сказал, что вы пообедаете на яхте, – Элеонора поджала губы и вышла, оставив меня в растерянности.
На какой еще, на хрен, яхте? Но задать этот вопрос было уже некому. Я залезла в пакеты. Белые брюки, белая футболка и мягкие удобные кроссовки. Разве в таком виде катаются на яхтах? На картинках, которые я видела в журналах, дамы разгуливают там в вечерних платьях или просто в купальниках.
Да и вообще, с чего Фарреллу пришло в голову, что меня надо тащить на яхту? Решил меня утопить? А что, удобно, концы в воду.
И тут я вспомнила список развлечений, которые сама же и озвучила Элеоноре и тихо выругалась сквозь зубы. Мне что, нужно было держать в руках табличку с надписью: «сарказм»? Кажется, она, а следом за ней и Фаррелл, приняли все за чистую монету.