Слова истины, которые ежеминутно разъедают мне мозг. К нам подсела Роза Дмитриевна, прерывая неприятную мне беседу и запыхавшимся голосом произнесла.
— У нас все готово, Руслан Александрович. Через минуту можем начинать!
Черт. Я в таком раздрае, что и два слова связать по теме не смогу. Поэтому перевел стрелки на зама.
— Зажигай, умник, — буркнул ему. — Я сегодня в группе поддержки, буду внимательно слушать. Добавлю какую-нибудь ересь к финалу.
Миша с ухмылкой закачал головой.
— Ты уже месяц в группе поддержки, Рус. Давай уже, собирай мозги в кучу и поприветствуй своих коллег…
Я не дослушал, отвлекшись на телефон. Пришло сообщение от Олега:
«Мы все проверили. Арина в частном санатории «Зеленый бор», путевка оформлена на Родину Валерию Николаевну».
Я поднялся с места, ничего не видя вокруг.
— Руслан… — окликнул Миша. — Ты куда? Мы начинаем.
— Без меня, Михаил Николаевич. Я знаю, ты справишься, у меня очень срочное дело.
Не слушая возмущений друга, я выскочил из зала и набрал безопасника:
— Проблем с пропуском не будет? — спросил, как только мне ответили.
— Сейчас проведем с директором беседу, объясним, что нехорошо оформлять на людей левые путевки, и проблем не будет.
— Тогда я еду, — бросил поспешно и почти бегом ломанулся к лифту.
Все, Арина, добегалась! Теперь мы наконец-то поговорим.
Дорога заняла почти час. Санаторий находился за городом, в сосновом бору. В прохладном осеннем воздухе витал стойкий аромат хвои. Олег успел подсуетиться — меня пустили через пропускной пункт без проблем и проводили до небольшого двухэтажного корпуса. Пока преодолевал широкие низкие ступеньки, покрытые мягкой ковровой дорожкой, я точно знал, что буду говорить и как действовать, но стоило лишь подойти к двери комнаты номер двести пять, тело задеревенело от напряжения, а язык прилип к небу.
Решительности поубавилось, я завис с поднятым кулаком над дверью. Несколько безуспешных попыток заставить себя постучать были очень жалкими. Твою же мать, Вольский, возьми себя в руки и поговори с женой! Выдохнул, запрокидывая голову к потолку, и наконец трижды стукнул по деревянному полотну.
В ответ тишина длиною в вечность. Это были самые нервные мгновения в моей жизни. Вдруг не откроет? Вдруг слушать меня не станет?
— Да? — послышался, наконец, мягкий голос Арины, и я моментально забыл, как дышать.
Кажется сто лет прошло с тех пор, как я слышал этот голос. Пульс участился и тарабанил везде, вызывая в голове сплошной гул, за которым я не слышал ни щелчка замка, ни скрипа двери.
Арина открыла дверь и замерла, округлив глаза. На ней была свободная пижама цвета топленого молока и мягкие пушистые тапочки. Белокурые волосы забраны в небрежный пучок и зафиксированы простым карандашом, а на лице ни грамма косметики. Такая нежная и худенькая, словно и не беременная вовсе. Хотя за этой просторной мешковиной ничего не разберешь. Арина заметно побледнела, и вдруг резко дернулась, пытаясь закрыть дверь обратно. Я машинально подставил руку в последний момент, но практически сразу уступил, боясь причинить вред ей или ребенку. Убрать пальцы вовремя не удалось — Арина со всей силы шарахнула по ним дверью. Так, что искры из глаз посыпались.
— Ой! — воскликнула она испуганно и чуть отступила.
Я воспользовался моментом и выдернул покалеченную конечность. Дверь тут же хлопнула перед носом и щелкнул замок. Один оборот, второй, третий. Зашибись!
Я вздохнул, сжимая кулак. Пальцы гудели от боли, мизинец заметно припух. Вот так встретила!
— Арина, открой, — попросил я, упираясь плечом о косяк. — Мы просто поговорим…
— Как ты меня нашел?! — спросила она перепуганно.
— Это так важно?
— Я должна понимать, где прокололась! На будущее!
Какое к черту будущее? Нам бы с настоящим разобраться! Я должен объяснить Арине, что от меня прятаться ей точно не нужно. А остальные пусть только попробуют к ней приблизиться…
— Я расскажу, но не через дверь же! Открой, и мы спокойно поговорим, — снова попросил я.
— Нет! Говори все, что хотел, так!
Великолепный расклад. Надо было все-таки пожертвовать пальцами, так хотя бы между нами оставалась щелочка. Как-то по дебильному все выходит…
— Арин, я знаю, ты считаешь, что это я послал к тебе людей, но это не так…
— Ну разумеется! — фыркнула она.
— Это правда. Я до последнего не знал о тех видео. И понятия не имел, какие гадости тебе наговорила Камилла…
— Гадости?! Рус это не гадости, а правда! Но ты попал в точку, она действительно гадкая!
— Правда из всего этого только то, что Камилла беременна не от Бориса. У меня с ней никогда ничего не было.
В конце коридора открылась дверь, и в коридор выплыла парочка беременных женщин. Они весело переговаривались между собой, но стихли заметив меня. Украдкой бросая в мою сторону любопытные взгляды, девушки свернули на лестницу. Да-да, вам не показалось. Тут один идиот ведет диалог с дверью.
— Арин, ты меня слышишь? — тихо позвал жену, как только беременные дамочки спустились на первый этаж.
