Когда Арина узнала о моей внезапно обретенной племяннице, она первое время пребывала в шоке. Я не знаю, что сказалось — гормоны или что-то еще, но она почему-то придала большое значение полу ребенка Бориса.
— Руслан, у твоего брата девочка! — говорила она, когда мы приехали всей семьей на традиционный воскресный обед. — А я снова ношу мальчика. Третьего!
— И что?
— А то, что ты очень хотел девочку, — вздохнула грустно.
— Арь, не говори ерунды. Раз будет мальчик, значит, я хочу мальчика. Точка.
Она как-то странно посмотрела на меня.
— Учти, я больше рожать не буду! Хватит тебе и племянницы. Будете делать из нее принцессу на пару с Ольгой Владимировной.
Я усмехнулся.
— Хватит, не переживай, — согласился я, поддерживая жену за локоть, пока мы поднимались по крыльцу.
Арина была на последнем сроке беременности, но все равно не сидела на месте. Ее сайт успешно развивался, я помог ей набрать грамотную команду, которые постоянно дорабатывали и улучшали сайт, а благодаря хорошей рекламе с каждым днем подписчиков становилось все больше и больше. Сегодня я предлагал нам остаться дома. Родители бы отнеслись с пониманием к нашему вынужденному прогулу, но Арина решительно заявила, что не будет отсиживаться дома.
В доме уже была сестра вместе со своим мужем. Маша вместе с отцом играли с Римой, а друг молча наблюдал за ними. Он выглядел задумчивым и грустным. Я не знал, что творилось в их семейной жизни с сестрой, но я все же был уверен, что их договорной брак — это не самое верное решение.
После обеда мы все вышли на свежий воздух. Я встал рядом с Мишей и, пользуясь тем, что вокруг никого не было, не удержался от ехидного замечания:
— Ну что дружище, семейная жизнь оказалась не так сладка, как предполагалась? Как на счет личного психотерапевта с большими сиськами и длинными стройными ножками? Три сеанса в неделю исправят твою угрюмую физиономию, не так ли? А Машке твоей я, так и быть, не скажу по старой дружбе.
Миша усмехнулся, качая головой.
— Да иди ты, — протянул он со вздохом.
— Так себе совет, согласись? — продолжал нагло лыбиться.
— Так себе, — кивнул друг.
— Кончал бы ты маяться дурью. Насильно мил не будешь.
Михаил задумчиво молчал. В нем не было и половины прежнего запала.
— Я разберусь, — наконец ответил он, стрельнув на меня воинственным взглядом. — Раз уж ты смог вылезти из того дерьма, в котором погряз, и восстановить семью, то у меня все проще.
— Проще никогда не бывает, — не согласился я, но навязывать свое мнение больше не стал. Разберутся, не маленькие.
Ближе к вечеру мама начала старую песню:
— Ариш, ты подумала? Согласить, с тремя детьми вам будет гораздо комфортнее жить в большом доме. Мы с Сашей хотели предложить вам занять весь второй этаж. Вы можете переделать его по своему усмотрению.
Родители очень хотели, чтобы мы переехали в их дом. После того, как Маша вышла замуж и стала жить отдельно, особняк совсем опустел. Я был не против, но не спешил озвучивать свое мнение, оставив последнее слово за женой.
— Подумала, — улыбнулась Арина. — Мы с Русланом посмотрим комнаты?
— Конечно! — оживилась мама.
— Ты уверена? — первым делом спросил я, когда мы зашли в дом.
— Ты знаешь, когда мы с тобой жили отдельно, и я буквально прописалась в загородном доме твоих родителей, чтобы видеться с детьми, мне очень понравилось, как мы ладили с твоей матерью. Она действительно во многом мне помогала. С ней комфортно. К тому же, я думаю, ей тоже нужна будет помощь с Римой. Маша ведь уехала. Поэтому, если ты согласен, мы можем перебраться в этот дом.
Я поражаюсь своей жене. У нас со дня на день будет уже три сорванца, а она еще умудряется думать о маленькой девочке, которая появилась в нашей семье незапланированным подарком судьбы.
Едва мы ступили на лестницу, Арина внезапно поморщилась и погладила свой живот.
— Что такое? — насторожился я.
— Я не поняла… Либо твой сын так больно меня толкнул, либо… — она округлила глаза и посмотрела на меня. — Нет, не толкнул. У меня схватки, Руслан!
Примерно через пять часов на свет появился мой третий сын. Вадим Русланович Вольский. Когда меня пустили в палату к жене, и я взял на руки крошечного сопящего мальчугана, мир вокруг перестал существовать. Несмотря на то, что у нас с Ариной было уже двое прекрасных детей, ощущения были, как в первый раз. Когда прижимаешь к груди маленькую частичку себя, эмоции переполняют. И не важно кто в этот момент в моих руках — мальчик или девочка. Это непередаваемая радость, гордость и желание оградить свое новое сокровище от всех бед реального мира.
— И снова наш сын похож на тебя, — прошептала Арина, когда я подсел к ней.
— Ничего подобного, — возразил я. — У Вадима твои глаза. Как ты? Устала?
— Очень хочется спать, — кивнула жена, зевая.
За окном глубокая ночь. Наш третий сын родился за пятнадцать минут до начала новых суток.
— Спи… — нежно поцеловал мягкие губы. — Я останусь сегодня с тобой.
— Я говорила, что ты самый замечательный муж на свете? — спросила Арина.
