Парни отвлекают внимание толпы от нашего побега, устроив батл между парнями и девушками, и выдыхают, когда мы возвращаемся. Николас высказывает мне, что мы сбежали, но я быстро объясняю ему, что встретил подругу детства, которую не видел десять лет, и он смягчается. А Яна просто стоит рядом и не отпускает мою руку, явно не понимая ни черта.
– Сейчас вернемся туда, – киваю я на танцпол, – нам вручат приз, и можем уходить.
Она кивает и снова кусает губы в неуверенности. Меня это сбивает с толку: я никогда в жизни не видел, чтобы она была не уверена в себе. Ни единого раза.
Все проходит быстро: нам снова аплодируют, рассказывают, какое свидание нас ждет, словно это вообще требуется. Его придумал я, а Яна ни черта не понимает на испанском, по лицу видно. Но мы принимаем все это с улыбками и оставляем всех на тусовке, снова сбегая оттуда.
– Стоя-я-я-ять! – слышу женский голос справа, когда мы только отходим на несколько метров от толпы. Девушка в платье один в один как у Яны, только другого цвета.
– Мира! – говорит ей Яна. Видимо, подруга.
– Ты уверена, что готова свалить на всю ночь на свидание? – спрашивает она ее сразу же, кидая на меня парочку недовольных взглядов. Однако охрана у Царевой, как у принцессы, не меньше.
– Мир, познакомься, – улыбается Яна. – Это Андрей. Ну… мой партнер по танцам, помнишь? Я рассказывала.
– А-а-а, – кивает она, приподнимая бровь и глядя на меня свысока, хотя она примерно на голову ниже, – это тот самый козлина, который бросил тебя и…
– Мира! – шикает на нее Яна, и я искренне смеюсь от этого диалога. Меня лет сто уже ничто не веселило так, как тот факт, что в окружении Яны я заработал славу бросившего ее козла. – Просто познакомься с Андреем и не беспокойся за меня, я в порядке,
– М-да? – оглядывает она меня недовольно. – Ну допустим, привет, Андрей. И где же ты был? Дальше не продолжу песню, не катит текст.
Я снова смеюсь, она очень забавная, меня веселит это поведение.
– Приятно познакомиться, – киваю ей и протягиваю руку, – Андрей.
Она не спешит принимать рукопожатие, и тут внезапно в нашу сторону несутся еще три девушки в точно таких же платьях.
– О боже, – страдальчески шепчет Яна, на мгновение закрывая глаза, и я притягиваю ее к себе, обнимая за талию, чтобы хоть немного поддержать.
– Все хорошо? – спрашивают они вразнобой.
– Да, – рычит Яна. – Девочки, по счастливой случайности этот парень оказался моим другом детства и партнером по танцам, Андреем, помните, я рассказывала? Познакомьтесь, и мы пойдем. – Раздражение сквозит в каждой ее клеточке, ей явно неловко за все происходящее, и ее подруги подливают масла в огонь.
– А, тот самый му…
– Аля! – вскрикивает Яна, обрывая подругу на полуслове. – Боже, дурдом, вы не пытались быть хоть чуточку тактичнее, нет? – Она закрывает глаза руками, ей точно неловко, но я надеюсь, она понимает, что я не обижаюсь. Это ведь забавно. И в целом я понимал, что если заработал черный список по всем фронтам, то вряд ли она рассказывала своим друзьям обо мне как о лучшем воспоминании в жизни.
– Нет, – хмурится первая девушка. Эм… Мира, кажется? – Зачем?
– Чтобы я не сходила сейчас с ума от неловкости, хотя бы для этого, – рычит она на них. – Всем спасибо за поддержку, знакомство состоялось, вернусь… когда-нибудь вернусь. Мы уходим? – обращается она уже ко мне. Киваю. Какая прелестная…
– Девочки, вам не стоит волноваться, уверяю, но, чтобы вам точно было спокойно, вы можете взять у парней мой номер и адрес клуба, в котором мы будем. Это в двадцати минутах по пляжу отсюда, можете присоединиться.
На их лицах все еще отражается недоверие, но оно становится чуточку меньше.
Я разворачиваю все еще хмурую Яну за талию и увожу вдоль пляжа, слушая ее громкое сопение еще около минуты, когда она наконец-то решает снова заговорить.
– Прости, – выдыхает она. – Это ужасно. Они хорошие подруги, но иногда они забывают о банальной человеческой тактичности.
– Они просто тебя любят и заботятся, – пожимаю я плечами. – На самом деле они все сделали верно. А если бы я был незнакомцем?
– Я бы отказалась от этого подарка, – говорит она, не задумавшись даже на секунду. – Я и участвовать-то не хотела, это Мира меня туда вытащила.
– Плюс сто баллов ей в карму, она ускорила нашу встречу. – Неловкость постепенно уходит, я убираю руку с точеной талии и беру Яну за руку. Она не сопротивляется, и тут я вспоминаю слова о том, что она больше не невеста, а… брошенка. Какой кретин вообще мог бросить ее? Ну, кроме меня. Но мне было восемнадцать, а в осознанном возрасте как возможно от нее отказаться? На самом деле спросить хочется столько всего, что в итоге с языка не срывается ни одного вопроса. Мы не виделись десять лет, нам есть что обсудить и не о чем говорить одновременно, но и молчать тоже уютно. Воспоминания о прошлом заполняют тишину, даже не будучи высказанными, это волшебно.
Мы идем по пляжу около семи минут, не размыкая рук, когда наконец-то первый вопрос срывается с моих губ. Я его не контролирую, но это действительно волнует меня до невозможности.
– Какого черта твои волосы кудрявые?
