– Вот так доброе утро, – говорит Мирослав, подходя к нам. Он пожимает Демиду руку, благо тот держит меня левой, а потом поворачивается ко мне. Его улыбка чуть натянута, в глазах явное недоумение, и бо-о-оже, как это неловко! Я не хочу больше тут работать несмотря на то, что еще даже не начала.
– Привет, – улыбаюсь нервно, заправляя прядь волос за ухо.
– Есь, набери, когда за тобой заехать, – говорит Демид, отпуская мою руку. – Хорошего первого дня, – наклоняется, целует в губы и уходит, оставляя меня одну сгорать от стыда и смущения.
Глупо было бы не понять, зачем он сделал это и вообще вошел сюда. Показать Мирославу все. Расставить какие-то точки над «i», решить что-то личное. Не знаю подробностей, но испариться мне хочется еще сильнее.
– Торжественное воссоединение сладкой парочки? Вас можно поздравить? – спрашивает Мирослав, убирая руки в карманы и чуть перекатываясь с пятки на носок и обратно.
– Все сложно, мы…
– Не мое дело, – он качает головой и резко переключается на рабочий лад. – Начнем с экскурсии и знакомства с персоналом. Это – София, она наш администратор в будние дни и в первую половину субботы, вы пересекались, я думаю.
Я знакомлюсь с Софией, хотя мы действительно уже виделись, когда я пыталась забрать машину в первый раз.
Мирослав полностью уходит в работу. Он не задает лишних вопросов и не ведет себя как-то не так, как стоило бы. Он потрясающий руководитель, это сразу заметно. Неудивительно, что он открыл целую сеть таких сервисов.
Мы знакомимся со всеми: от менеджеров до автомойщиков. В сервисе работает шестеро мужчин и одна девушка, которая чинит мотоциклы, а в офисной части достаточно и мужчин, и женщин. Никогда не задумывалась, сколько тут человек может работать. Целая империя!
Мирослав показывает мне мое рабочее место, по крайней мере на ближайшие пять дней точно. Именно столько длится обучение новых сотрудников, а еще два месяца испытательного срока, после которого и я, и компания должны решить, подходим ли мы друг другу.
Я погружаюсь в работу с головой. В целом мои опыт и знания не дают мне биться о стену, но все-таки страховая, где я работала, и сеть автосервисов – это слишком разные вещи. Поэтому нового тоже достаточно, но мне нравится! Очень хороший коллектив, все помогают и подсказывают, не дают чувствовать себя чужой и новенькой, наоборот, делают так, словно я с ними давно и плотно работаю.
К концу дня от количества информации и эмоций начинает немного кружиться и болеть голова. На самом деле Демид был прав, мне рановато еще выходить на работу. Но я на эмоциях пообещала Мирославу выйти сегодня, и звонить отменять все это было бы слишком глупо. Сама сказала, нужно отвечать за свои слова.
– Всем спасибо за день, завтра без опозданий, – выходит Мирослав из своего кабинета и говорит в общем коридоре, куда выходят все двери. Мой кабинет вмещает в себя двух человек: финансиста, то есть меня, и самую милую женщину-кадровика в мире. – Есения, зайди, пожалуйста, обсудим первый день.
Он возвращается в кабинет и не закрывает за собой дверь, и я на негнущихся отчего-то ногах медленно шагаю в ту сторону.
Вздрагиваю от звука входящего сообщения и открываю уведомление.
Демид:
Улыбаюсь от такой милой заботы и быстро пишу ответ, что мы уже закончили и через несколько минут я буду свободна. Тонкий намек на то, что за мной можно приезжать, но сказать в лоб будет слишком нагло.
– Проходи, – улыбается Мирослав, когда я захожу в кабинет, – присаживайся, куда удобно.
Выбираю диван. После нескольких дней сна и головных болей мне довольно непросто дался день за компьютером и в офисном кресле. Нужно что-то мягче, очень срочно.
– Ну как, справляешься? – В его движениях не хватает какой-то плавности, а в речи тягучести, к которой я уже успела привыкнуть. Он другой сейчас. Все еще руководитель, владелец, директор, кто он там еще. Но не тот Мирослав, который был у меня дома пару дней назад.
– Да, вроде неплохо. У вас очень уютно, люди классные. В работе есть много нового для меня, но в целом алгоритмы понятны, поэтому, я думаю, что справлюсь, и…
– Есь, вы правда снова вместе? – перебивает он меня, и я замираю на полуслове, открыв рот. Вот и приехали…
– Я же сказала, все сложно, мы не… какое это вообще имеет значение?
– Для работы – никакое. Ты хороший специалист, и я пригласил тебя исключительно по этой причине. Для жизни это меняет чертовски многое. Ты мне нравишься, Есь. Все годы, все время, пока ты была с Демидом, я был влюблен в тебя, как идиот.
– Да ты ненавидел меня, – шепчу, почти не веря в то, что слышу.
– Я не мог смотреть на вас и не знал, что мне делать. Был придурком, но пойми…
– Да не хочу я понимать! – внезапно нахожу в себе силы на отпор. Отчего-то становится очень нервно. – Ты оскорблял меня и вел себя со мной как скотина, а сейчас оказывается, что я тебе нравилась? Да это даже не смешно. Все годы? Мог найти меня и сказать это. Или хотя бы признаться, когда мы наконец-то встретились, а не молчать до последнего.
