На этом деятельная герцогиня не успокоилась и вскоре во Владивостоке открылась фабрика, выпускающая мужскую обувь под маркой «Феликс Джентор». Удобная, красивая, модная она быстро стала популярной и даже гости из других городов покупали в фабричном магазине мужские туфли, ботинки, сапожки для себя или в подарок родным. Как писал позднее в своем отчете Державин, у супругов Джентор была удивительная способность — превращать в успех любое дело, за которое они брались.
На собственные средства они открыли и содержали во Владивостоке школу для детей без чародейского дара, в которой способные детишки могли изучать механику, астрономию, оптику. Супруги полагали, что изучение физических законов мира поможет в будущем сделать много интересных и нужных открытий, а детей направит на путь познания.
Чудовищная, невыносимая головная боль плотным кольцом стиснула мозг. Веки его были плотно сомкнуты и он никак не мог открыть глаза, не понимая, что с ним и где он находится. Наконец-то все-таки решился и, крепко сжав зубы, медленно приоткрыл глаза. Затемненная комната, похоже, спальня. Он лежит на большой кровати, под тонким покрывалом. Рядом нет никого. Головная боль медленно отступает, оставляя вместо себя головокружение и жажду. Голова его пуста, мыслей нет никаких, перед глазами мягко вращаются стены комнаты и очень хочется пить. Взгляд его падает на столик, стоящий недалеко от кровати, на нем стоит кувшин с водой и хрустальный бокал. С усилием он отрывает свое тело от кровати, поднимается и, качаясь, целую вечность бредет к желанной цели. Пьет прямо из кувшина, жадно, проливая прохладную воду на подбородок и обнаженную грудь. На миг отрывается, делает вдох и снова пьет. Когда жажда была утолена, поставил кувшин на место и огляделся. Увидел на стене прямоугольник большого зеркала в позолоченной раме и, не спеша переставляя неловкие ноги, направился к нему.
Несмотря на сумрак в спальне, в зеркале четко отразилось изображение высокого, крепкого, молодого мужчины. Светловолосый, темноглазый, с красивым, чуть жестким лицом, он смотрел из зеркальной глубины и растерянность появлялась в этом взгляде. Память, его собственная память возвращалась к нему и отчаянно кричала, что этого не может быть! Он, Владимир Годунов, умер! Его нет в Явном мире! Почему же он смотрит из этого зеркала глазами своего внука, Глеба Годунова, которого оставил править Империей вместо себя? Что произошло?
В отчаянии он схватил стоявшую рядом с зеркалом подставку под вазу и отбросил ее в сторону. Не успел грохот от ее падения затихнуть, как дверь в комнату открылась и в нее быстрым шагом зашел стражник.
— Ваше Величество! Вы очнулись, какая радость! Присядьте, я быстро за лекарем!
И он умчался, забыв закрыть за собой дверь. Владимир медленно подошел к кровати и сел на край. Ожидание не было долгим, топот нескольких пар ног известил о приближении лекаря и его сопровождающих и в спальню торопливо зашел невысокий, плотный мужчина со взволнованным лицом, сопровождаемый свитой из трех человек, включая стражника.
— Ваше Величество! Наконец-то! Как вы себя чувствуете? Разрешите, я вас осмотрю! — он приблизился, пытаясь заглянуть Годунову в глаза, но тот лишь качнул головой:
— Все посторонние — выйдите из комнаты. Вы, любезный, останьтесь. — дождался, пока дверь закрылась и продолжил. — Я ничего не помню. Рассказывайте мне все по порядку, начиная с того, почему я здесь.
— Пять дней назад… — лекарь закашлялся, затем собрался и стал рассказывать. — Пять дней назад, Ваше Величество, вы решили заняться жеребцом, подаренным вам английским послом. Этот красавец чистейших арабских кровей не поддавался приручению, но ваша… но Аделин Леверт убедила вас, что вам это под силу. Вначале все было хорошо, но неожиданно жеребец стал метаться и выбросил вас из седла. При падении пострадали шейные позвонки и случился обширный ушиб головного мозга. Мы сделали все, что могли, но все это время вы не приходили в сознание. Откровенно говоря, мы потеряли надежду, мне даже показалось, что ваш мозг перестал реагировать на раздражители. Какое счастье, что ваш организм преодолел болезнь, у нас больше не имелось ничего, чтобы помочь вам.
Лекарь печально и виновато опустил голову. Годунов молчал, обдумывая сказанное. Бедный Глеб, несчастный мальчик!
— Кем вы числитесь, как ваше имя? — обратился он к лекарю.
— Алексей Иванович Иванов, Ваше Величество, я лекарь второго ранга.
— Назначаю вас своим личным медиком. Все, о чем мы будем говорить наедине, должно оставаться между нами. Должен признаться, я не помню многое. Сколько лет я на троне?
— Двадцать один год, Ваше Величество.
— Какие-то событие случились за время моего правления?
— Нет, Ваше Величество. В Империи все спокойно. Вот только бабушка ваша померла. А сегодня пришла весть, что скончался Петр Шереметьев, ваш наместник на Дальнем Востоке.
— Петруша? — печально вздохнул Годунов. — Узнайте, когда погребение, я буду.
— Вы так слабы еще, надо бы немного полежать, Ваше Величество.
