— Хорошо. — ответила служанка и ушла. Она шла к стойке, где стоял хозяин харчевни, а Феликс все думал о том, что в последние несколько минут он видел что-то странное, но мысль ускользала от него и он принялся за еду. Мясо с картофелем и овощами было приготовлено неплохо, пирог с рыбой и луком пах ароматно и заманчиво, травяной чай, сдобренный медом тоже пришелся кстати. Феликс ел и думал о своем. Допивая чай, поднял взгляд на присутствующих в обеденном зале и удивленно поднял брови. Девушка-служанка, та, что приносила еду для него, оказалась совсем непроста. Ее тонкая фигурка была окутана Заклинанием Незначительности, поэтому девице не приходилось отбиваться от слишком наглых едоков, которые беззастенчиво шлепали двух других подавальщиц ладонями по ягодицам, пощипывали их и пытались усадить к себе на колени.
Феликс заинтересованно понаблюдал за девушкой, спокойно работающей в зале, понял, что кроме него никто не может разглядеть ее истинную внешность и подошел к хозяину харчевни. Он рассчитался за обед, за комнату, ванну и ужин и попросил хозяина, плотного серьезного мужчину средних лет:
— Прислуживать мне поставьте вон ту девицу, она спокойная и неглупая, меня устроит вполне.
И закрепил свою просьбу золотым флоринтом сверх всей оплаты. Девушка провела его в комнату, где ловко постелила свежее постельное белье, затем принесла и поставила на столик кувшин с прохладной водой, кружку и подсвечник с тремя свечами. До ужина герцог прогулялся по лесу возле харчевни, зашел в лавочку, расположенную неподалеку, где купил небольшую фигурку котенка в подарок Микасу. Котенок был искусно вырезан из какого-то дерева со светлой, плотной древесиной, его глазки были раскрашены зеленым, усики и носик — черным лаком. Перед ужином слуги принесли ему в комнату большую деревянную бадью, наносили в нее горячей воды. Пришла служанка с большой мягкой простыней, мочалкой и душистым мылом. Она отвернулась, пока Феликс раздевался и лишь когда он с плеском погрузился в воду, подошла к бадье. Спокойно намылила ему волосы и стала мягко массировать голову, затем сполоснула теплой водой. Жесткой мочалкой потерла ему плечи, руки и тело до пояса.
Он чувствовал, как расслабляются его мышцы, как напряжение последних дней оставляет его и ему становится легче, будто тяжкий груз таял в горячей воде, сползая с его кожи. Потом девушка ушла и он домывался сам, ополаскиваясь теплой водой, которую она оставила в большом кувшине рядом с бадьей. Вылез из воды, закутался в простыню и увидел, что его грязного белья нет. Усмехнулся, достал из сумки свежую одежду. Едва успел одеться, как пришли слуги, унесли бадью, предварительно бросив в нее Иссушающий камень. Чуть позднее зашла служанка, насухо вытерла пол и вышла. Она делала все молча, не задавая лишних вопросов, будто ей заранее было ясно, какие будут ответы. Через несколько минут на столике стоял горячий ужин, бутылка вина и чай.
Спал Феликс крепко, как не удавалось выспаться ему уже давно. Его не мучили кошмарные сновидения, он не стоял во сне перед дымящимися руинами летнего дома и не мучился изнуряющей рвотой от запаха едкого дыма и сгоревшей человеческой плоти.
Утром, сразу после завтрака, он вышел во двор харчевни и тут же увидел девушку, прислуживавшую ему. Она шла через двор с корзиной в руках, видимо, несла что-то из сарая. Наперерез ей большими шагами кинулся высокий, плотный мужчина, одетый богато и немного вычурно в синий с вышивкой камзол и черные брюки с шитьем по бокам. Молодой повеса широко расставил руки и развязно заговорил:
— Ну что ты от меня шарахаешься, дорогуша! Не бойся, красавица, я тебя не обижу, щедро отсыплю монет! Может быть, еще не раз к тебе наведаюсь, тебе понравится!
Девушка испуганно отскочила от мужчины и кинулась к дверям харчевни, юркнув за спину Феликса. Ее преследователь столкнулся с преградой в виде стоявшего на крыльце герцога, пожелал было его обойти, но тот ухватил наглеца за отвороты камзола, толкнул изо всех сил и разжал пальцы. Преследователь мешком свалился с крыльца на землю, неуклюже барахтался, пытаясь встать, кое-как поднялся и, потрясая кулаками, завопил:
— Да ты…да я! Я барон Венцель, я хозяин этой земли, девка все равно будет моя, я так хочу! А ты… — и он снова погрозил кулаком герцогу, развернулся и подался со двора. Феликс зашел в харчевню вслед за девушкой. Она остановилась и благодарно взглянула на него.
— Спасибо вам, даже не знаю, что делать. Придется уезжать отсюда, барон не даст мне покоя.
— Он видит через ваше заклинание, также, как и я. — подтвердил Феликс. — Поэтому у меня есть предложение. Только сначала скажите честно, с работой по дому справитесь?
— Я не боюсь работы и все умею делать. Стирать, штопать, готовить. — скромно ответила девушка.
— Этого не придется делать, мне нужна экономка, прежняя уехала к своей дочери. Так сможете?
— Да, смогу.
— Как ваше имя?
— Лина, меня зовут Лина Вьянки.
— Собирайтесь, Лина. Через полчаса уезжаем.
