– Серьезно? – удивляюсь, покачивая Рокси, пока Мадя роется в шкафу. – В любом случае у тебя очень красивая фигура.
– Я знаю, – важно соглашается она. Не могу не улыбнуться. – А что именно тебе сейчас нужно?
– Какие-нибудь брюки для езды на мотоцикле. Я оформила прокат на три дня. Хочу сегодня с Ильей покататься.
– О. БО-ЖЕ. МОЙ! – восклицает Мадина, растягивая в поражении слоги. – Ты тому Нечаеву, который Титаниум, решила растрясти нервную систему? Он не загорится?
– Нет. Он тут ни при чем. Просто хочу заниматься тем, что нравится. И, естественно, буду это делать!
– Ну, смотри сама, конечно. Если город накроет ударной волной – будет на твоей совести, – смеется Мадя. – У меня есть класснючие кожаные брюки! На тебя должны клево сесть. Вот! Примеришь?
– Да… Думаю, подойдет. Еще бы майку и курточку.
– Все есть!
– Я у тебя душ приму, прости уж за наглость…
– Чувствуй себя как дома.
Переписываюсь с мамой, пока сушу волосы. И в какой-то момент, испытывая реальную потребность, чтобы кто-то сгреб до хруста, едва сдерживаю слезы.
После ванной Валик с Мадиной, конечно же, уговаривают меня остаться на ужин. Долго не отпираюсь, потому как очень люблю их стряпню.
«Ян так странно пропал…» – то и дело звучит у меня в голове.
Бегу от мыслей, что прямо сейчас он, возможно, изучает мои вещи. Голова болит, когда пытаюсь представить, что способен там найти. Сердце сходит с ума от тревоги. Но поехать домой и столкнуться со всем этим вживую еще страшнее.
Не могу поверить и в то, что Нечаев просто дал мне свободу.
Чувствую, что знает, где я и с кем.
И эти ощущения получают подтверждение, когда я в восемь пятнадцать заезжаю на парковку у кафе. Не успеваю слезть с байка, в зеркало заднего вида замечаю влетающий на территорию АЗС черный мотоцикл.
Боже…
Бросаю взгляд на Илью и понимаю, что он удивлен не меньше моего.
Ян останавливается, занимая парковочное место слева от меня. Вытягивая ноги, небрежно прочесывает задней частью берцев бетонную плитку. Слегка отклоняясь назад, поворачивает ко мне не только голову, но и верх заключенного в кожу крупного и мускулистого корпуса.
Смотрю на него, и от банального визуального восторга дух спирает.
А ведь кроме этого, к едва ощутимому запаху бензина примешивается аромат насыщенного и стойкого, тяжелого и острого, дико волнующего и сладко пьянящего, многогранного и яркого мужского парфюма.
Не знаю, как там с противопожарной безопасностью на АЗС, а я готова взорваться.
Подъем защитного стекла. Встреча глазами. Сплетение взглядов.
Немой, но пронзительный разговор.
Аура. Темная. Густая. Мощная.
Контакт. Чистый. Стремительный. Неразрывный.
И мое сердце тотчас скидывает броню. И обретает крылья душа. И разбивает дрожью тело. И в кончики пальцев вибрацией уходит ток.
Никто из нас не произносит ни слова. Молча оставляем байки и идем в кафе.
– Кому что? – сухо спрашивает Ян, едва занимаем диванчик у одного из столов.
– Я буду двойной бургер и кофе, – заказывает Илья.
– Мне только кофе, – отзываюсь я.
Титан Романович кивает и направляется к кассе. Невольно провожаю его высокую и крепкую фигуру взглядом.
Ян Нечаев в деловой тройке – охрененен.
Ян Нечаев в мотоциклетном костюме – охрененен вдвойне.
Поглядываю на него на протяжении всего времени, что он стоит у витрин. Оцениваю то, как свободно и непринужденно он держится. А заодно понять пытаюсь: зол ли? К чему мне готовиться? Как правильнее себя вести?
– Ты сказал, что мы встречаемся?
– Должен был сказать.
– Мм-м… – протягиваю понимающе. Но все же добавляю: – Мог бы предупредить, что приедет.
Пересекаемся с Ильей беглыми взглядами.
– А вот этого я не знал. Хотя должен был догадаться.
– Ну да… Я и сама могла бы, – заключаю примирительно. – Ты мне по шрамам объясни, – молю отчаянно.
В этот раз установленный зрительный контакт дольше и настойчивее.
– Хочешь, чтобы я потерял брата? – выдыхает Илья хмуро. – За этот слив он меня точно не простит. Предупредил.
– Что же там такое? – невольно сокрушаюсь вслух.
Мозг активизируется. Генерирует мысли. Дымка почти рассеивается.
Но…
Какая-то часть меня, понимая, что не готова к этой информации, блокирует призрачную правду и запирает ее на замки. Ощущение, что за этой дверью спрятано нечто ужасное. Боль, перед столкновением с которой нужно сделать очень глубокий вдох. А кислорода пока нет. Попросту нет.
Шумно тяну воздух. Но насыщения не происходит.
