– Идея твоя. Я не могу оставить тебя в стороне.
– О, поверь, я с радостью в этой стороне останусь!
– Вопрос решеный, Ю, – заключает Ян без каких-либо эмоций. – Ты летишь в группе.
– У меня даже загранника нет, помнишь? Я так и не нашла время сделать его.
– Завтра сделаем. Я договорился.
– Ян, – толкаю взбешенно. – Я начинаю злиться.
Но Нечаева мои эмоции не особо волнуют.
– Не стоит, Зая. Как сказал мне однажды старый мудрый немец, терпение приносит розы[1].
– Я не люблю розы. У них шипы, – толкаю в запале.
Резко поднимаюсь и покидаю кафе.
Надо бы выкинуть дурацкую конфету. Глупо стоять и как ни в чем не бывало сосать!
Господи… О чем я думаю!
В общем, рука не поднимается вышвырнуть чертов привет из прошлого. Выругавшись себе под нос, сердито разгрызаю карамель. Выбрасываю палочку как раз в тот момент, когда на крыльце появляется Ян.
Судя по тому, как раздувается его грудная клетка в процессе дыхания, он взволнован не меньше меня.
Прогоняя воспоминания, отворачиваюсь. Но Нечаев упорно двигается следом и таки застывает прямо напротив меня.
Как в тот самый вечер… Блядь…
– Ничего сказать не хочешь?
– А похоже на то, что хочу, Ян?
– Похоже.
– Хах, – выдыхаю нервно. – Ты заметил, что мы вполне себе неплохо проводили время, пока ты не выдал, что в очередной раз принял за меня решение?
– В этом вопросе я, как твой руководитель, полностью в своем праве.
– Что ж… Поговорим о работе завтра, Ян Романович, – чеканю свирепо. – А сейчас я уезжаю!
Громко выстукиваю ботинками по плитке. Но Нечаев не отстает. Хватает за руку, едва оказываемся между байками.
– Ты одна не уедешь.
– Что?! Я уже ездила одна!
– Это ты так думаешь.
– Ты… Ты, блин, следишь за мной?! Следишь постоянно?! – кричу, потому как это осознание вызывает чрезвычайно сильные и слишком противоречивые эмоции. Суть даже не в ярости. Злость – второстепенное чувство. А может, даже дальше… Кажется, будто могу, наконец, прекратить борьбу за жизнь! Но именно эта иллюзия вызывает панику. – Следишь?!
– Ю, блядь… Зая… – ощущение, что Титан неотвратимо доходит до температуры кипения. Сжимает мою талию с такой силой, что я морщусь. И при этом сама скребу ногтями по его кожаной куртке, пока не добираюсь до шеи. – Я не могу иначе, Зай. Эта твоя внезапная тяга к мотоциклам крайне походит на сублимацию[2]. Если спасает, я не против. Только со мной! Под моим контролем, Ю! Пока я не пойму, какую энергию ты, мать твою, переносишь!
Привстаю на носочки и налетаю. Налетаю с тем же безумием, которое обуревало сегодня днем. Только в офисе я Нечаева в бессилии против своих страхов ударила. А сейчас… Выплескиваю злость со страстью – зарываюсь пальцами в волосы и остервенело целую.
Целую.
Боже… Сама его целую.
Целую, пока кровь в венах не заменяет жгучий свинец возбуждения.
– Это… – дышу шумно, с тяжелым надрывом. – Это сексуальная энергия, Ян… Сам видишь, мы все такие правильные и культурные… Как хлеб – так двумя пальчиками, а если член – так двумя руками…
Заливаюсь жаром смущения. Но лучше этот стыд пережить, чем то, что он хочет вскрыть.
– Интересное признание от хорошей девочки Юнии Филатовой.
– Так нет ее, Ян! Давно умерла!
– Ты мне столько врешь, Зай… – протягивает то ли со злостью, то ли с сожалением. – А я, знаешь, что думаю…
Так оставляет это предложение, что нет возможности под его мерцающим, невыносимо манящей темнотой взглядом не просить продолжить.
– Что?
– Думаю, что ты только со мной была, Ю. И никого кроме за эти проклятые пять лет у тебя так и не случилось.
Я так потрясена, что не могу отрицать.
С ужасом наблюдаю за тем, как крепнет уверенность Нечаева. Понимаю, что эта истина способна раскрыть мои главные секреты. А сделать ничего не могу.
Так и молчим, пока на парковке не появляется Илья.
Судорожно вздыхаю и отхожу от Яна, чтобы сесть на свой байк. В надежде, что удастся успокоиться, когда укроюсь от взглядов, спешно натягиваю шлем.
Но защита видится крайне слабой.
Проворачиваю ключ, выжимаю сцепление, включаю передачу, накручиваю газ и плавно трогаюсь. На самых низких оборотах выезжаю на дорогу.
В висках пульс тарабанит неистово. Во всей остальной части головы еще более шумно.
Смотрю в зеркала, вижу преследующих меня мотоциклистов, и сердечная мышца расслабляется.
Выдох. Вдох.
Увеличивая скорость, ловлю прохладные потоки воздуха.
Вспышка внутри. За ней еще одна. И еще… Меня будто выносит из тела. Забываю обо всем и просто ловлю одуряющий кайф.
[1] Терпение приносит розы – немецкая поговорка. Русский аналог: Терпи, казак, атаманом будешь.
[2] Сублимация – высвобождение аффективной энергии через творчество или активную физическую деятельность, чтобы снять напряжение, не навредив себе.
