Позже прихожу не в себя. В какое-то отрешенное состояние погружаюсь. Пока умываюсь, пытаюсь без паники подумать над тем, кто мог забрать мои вещи.
Честно? Вариантов нет.
Не представляю, чтобы кто-либо из сотрудниц был способен на такой низкий поступок, как кража бывшей в употреблении косметики.
Да и техперсонал тоже не тронул бы. Я уже оставляла не раз. Забывала в уборной даже золотые украшения. Находила потом ровно там, где оставила. Никто бы не рискнул работой из-за подобной мелочевки.
Чтобы привести себя в порядок в этот раз, приходится серьезно постараться. Леплю на заю пластырь – благо в уборной имеются аптечка и предметы гигиены. Из нее же беру ополаскиватель для рта. Не знаю, сколько раз использую ядрено-мятную жидкость. На нервной почве с треть банки расходую. Застирываю кровь на манжете. Распыляю по блузке освежающий спрей и пробегаюсь по ткани ручным отпаривателем.
Периодически в уборную забегают сотрудницы. Подшучивают над моей маниакальной озабоченностью своей внешностью. Но мне плевать, кто что думает. Я в том тревожном состоянии, когда любое несовершенство в собственном облике способно подорвать эмоциональную плотину. А я этого допустить не могу.
Умываюсь, умываюсь… Макияж остается лишь на глазах.
Надевая блузку, сокрушаюсь из-за того, что нечем закрыть губы. Это расстраивает сильнее всего. Но я слишком брезглива, чтобы просить у кого-то помаду.
Вернувшись в кабинет, достаю из сумки духи. Щедро ими обливаюсь. Лишь после этого более-менее успокаиваюсь.
И снова жду, жду… Нечаев мотается по делам весь день. Весь офис расходится, а его все нет на месте.
Звоню Лиле.
– Ян Романович не сообщал, когда вернется? Мне ждать? Или можно ехать домой? – последнее произношу с надеждой.
А вдруг?
Мне бы эта передышка очень пригодилась!
– Ждать? – теряется Лиля. – А зачем?
– Он должен посмотреть мой план… – начинаю пояснять, пока не понимаю, что это лишнее. – Ладно. Неважно. Сообщите мне, пожалуйста, когда он будет на месте, – кладу трубку раньше, чем она дает согласие.
И снова… Жду, жду, жду… Жду!
Испытываю такое колоссальное напряжение, что кажется, получу отек мозга. Слезы сдерживать все тяжелее.
Судорожно втягиваю воздух. Можно сказать, всхлипываю. Но тут же беру себя в руки. Прижимая к губам руку, быстро пишу ответ.
Чудо, но я улыбаюсь.
Не успеваю отложить телефон, как приходит сообщение от другого абонента.
После ультиматума Яна удивлена, что вообще написал. Наверное, еще не в курсе, как старший брат отреагировал на наше общение.
Не отвечаю больше.
Поднявшись из-за стола, выхожу в коридор и направляюсь в сторону кухни. Делаю это не только чтобы сменить обстановку и размяться, но и ради того, чтобы реально подкрепиться. Есть не получается. Спасаюсь, как могу. Завариваю крепкий черный чай, кладу в него три полные ложечки сахара и заставляю себя выпить напиток.
Лишь около семи часов вечера, когда я беспокойно рассекаю пространство кабинета, звонит, наконец, Лилия.
Нечаев вызывает меня к себе.
Ну, вот и все… Ожидание закончилось.
Легче ли мне?
Нет. Гораздо хуже!
Если на протяжении всех этих часов мне лишь казалось, что я сойду с ума, то вот сейчас как раз тот момент, когда это происходит.
Обезумев от переживаний, я готовлюсь к незамедлительной атаке. Ведь это он… Он довел меня до края!!! До состояния необоснованного животного страха! До яростной дрожи! До гребаного отчаяния! До бешеной жажды крови!
«Что тебе от меня нужно?!» – все, что я хочу прокричать.
Прокричать так громко, чтобы Ян почувствовал ту боль, которую чувствую я! Чтобы она его разорвала раньше, чем разорвет меня!
Но…
Очутившись в логове хищника, я снова теряюсь.
Как еще реагировать на то, что он говорит???
– Все, как я и предполагал, Юния Алексеевна, – заключает Нечаев лишенным каких-либо эмоций голосом. – Весь ваш план – бессмысленный набор таблиц.
В кабинете полумрак. Горят лишь лампы у входа.
Ян стоит за своим креслом. Несмотря на яркие огни вечернего города, которые через панораму находящихся за его спиной окон сеют по периметру помещения дополнительные блики, выглядит мрачным как никогда.
Из-под густых, черных и угрюмо изогнутых бровей мерцает мнимым гостеприимством ад.
