Ни слова Гроссо не говорит и пока мы возвращаемся назад домой. Он сам несет пакеты, не позволяя мне или охране помочь. И отдает распоряжение последней не отсвечивать и ждать в машине.
Нервы натягиваются, как канаты. Мотыльки внутри тревожно переглядываются, теряясь в сомнениях. А я накручиваю себя все больше и больше.
Пока едем в лифте, брюнет прожигает меня таким взглядом, что кажется, видит насквозь. Начинаю ёрзать, переступать с ноги на ногу и отсчитывать мысленно секунды, торопя поскрипывающую технику двигаться шустрее.
И как только заходим в квартиру, открыть которую у меня выходит только со второй попытки, так как руки дрожат, не выдерживаю и, скинув рюкзак на стенку-прихожую, оборачиваюсь к Гроссо.
— Я… — начинаю, еще совершенно не зная, что хочу сказать.
И вообще: собираюсь оправдываться или нападать?
Как мужчина опускает пакеты прямо на пол и сам делает стремительный шаг ко мне.
Только вот его планы разительно отличаются от моих. Алекс не собирается вести задушевные беседы и выяснять отношения, а также уточнять, о чем шла речь в разговоре с соседом дядей Ваней.
Он подхватывает меня на руки, легко подкидывая вверх, и в жадном порыве набрасывается на губы.
Да я даже его рык слышу.
Голодный, но довольный.
И это мне не кажется. Ни разу.
Одной рукой придерживает попу, второй зарывается в волосы, фиксируя затылок, чтобы не думала увернуться, и не целует, терзает губы.
Жарко, страстно, неумолимо.
Сопротивляюсь ли я?
Вырываюсь?
Даже не думаю.
Я вообще в тот момент ни о чем не думаю, зато с удовольствием скольжу ладонями по рельефной грудной клетке, обхватываю сильную шею, вдыхаю его исключительно-волнительный аромат, сводящий с ума, прижимаюсь еще теснее, потираясь грудью, отчего он не только рычит, но и урчит, и стремительно втягиваюсь в процесс, доставляющий удовольствие обоим.
Гроссо умеет целоваться.
Одиннадцать баллов из десяти. Даже при моем скудном опыте.
Не удивлюсь, если у него есть красный диплом по технике поцелуев. Настолько умело и опытно он ведет в танце языков, владеет не только моими губами, а всем телом.
Алекс делает шаг вперед, и я чувствую спиной стену. Жаркое огромное тело прижимается ко мне спереди, сильные руки не позволяют соскользнуть вниз, а прямо в промежность упирается доказательство того, что наше тесное общение мужчину очень радует.
Очень-очень.
Зажатая со всех сторон, я совершенно не чувствую дискомфорта, мне уютно, мне хорошо.
— Даже не надейся избавиться от меня сегодня ночью, — выпустив на секунду губы из сладкого плена, сипло выдыхает мой первый мужчина.
Не отвечаю. Вцепляюсь в горловину футболки, надетой под пиджак, и уже сама притягиваю болтуна ближе.
Думать и жалеть буду потом…
Или не буду…
Посмотрим.
Как оказываемся в комнате — загадка. Вообще смену дислокации ощущаю, только когда Алекс укладывает меня на кровать и нависает сверху. Опирается на локти, чтобы не давить собственным весом, ловит мой взгляд чернющими глазами и невесомо касается пальцами, очерчивая губы.
— Хочу их до безумия, — выдыхает тихо.
И это единственное предупреждение перед тем ураганом, который обрушивается на меня, окутывая со всех сторон.
Он окружает своим теплом, своим ароматом, своей аурой, а заодно сносит все надуманные страхи и одолевающие сомнения, и, конечно, же заодно сносит одежду.
В какой момент мы оба оказываемся обнаженными, не имею представления. Просто спустя время прикосновения становятся острее, а затем наши тела соприкасаются полностью.
Выдыхаю ртом и выгибаю шею, когда Алекс скользит носом по скуле, а членом по моему животу. Ощущаю какой он упругий, горячий, нетерпеливый.
Помню, что Гроссо был в первый раз нетерпелив, вот и сейчас, уверена, он горит желанием ворваться в меня, но пока сдерживается.
И входит пока только своим языком в мой рот. И эти напористые и откровенные движения прекрасно имитируют то, что будет чуть позже.
Нетерпеливо ерзаю, скользя руками по широким плечам, спине, ягодицам. Сама подаюсь вперед бедрами, разводя их шире, чтобы стать ближе.
— Тшш, не спеши, Соня, — Алекс с нежеланием прерывает поцелуй и вместо того, чтобы дать мне то, что я прошу, просовывает одну руки между нами и осторожно раздвигает пальцами мои складки.
Подушечки легко скользят, растирая влагу, кружат, задевая клитор, совсем чуть-чуть проникают внутрь, и я выгибаюсь со стоном.
— Алекс?.. — шепчу, не то спрашивая, не то поощряя и требуя большего.
Ищу взгляд мужчины, который в этот момент мне необходим. Но вечерние сумерки скрывают его, и мне остается только чувствовать.
— Пожалуйста… — бормочу еле слышно, притягивая Гроссо еще ближе к себе, желая ощутить всю его тяжесть, всю страсть, весь темперамент. — Пожалуйста, хочу…
— Уверена, Соня? — слышу настойчивый голос мужчины, который замирает, ожидая ответа, в то время как головка его члена только и ждет, чтобы войти в меня. — Я же не отпущу потом.
Но словам не особо придаю значение, меня штормит и разрывает от тянущего голода внутри и горячего тела, нависающего сверху.
— Да, — выдыхаю уверенно.
Алекс выдерживает секунду.
Одну секунду, позволяя мне изменить решение, передумать.
