Футболка не является препятствием и совершенно не скрывает моего возбуждения. Одна рука мужа тут же проворно проникает за вырез, нежно обводит тугой бутон соска, уверенно с ним играя, а вторая медленно ведёт вдоль тела, на секунду замирает на талии, а затем наглые пальцы ныряют под резинку брюк и уже без всяких препятствий поглаживают низ живота, рождая на коже огненные вспышки, и потихоньку спускаются все ниже…
Прикусываю губу, глуша очередной стон, прикрываю глаза, цепляюсь за край подоконника и уже сама выгибаюсь сильнее и провокационно потираюсь об отчётливо ощущаемую выразительную твёрдость.
— Х-хулиганка, — терпение мужчины оказывается небезграничным.
Он резко разворачивает меня к себе лицом, прижимает к стене возле окна, одной рукой легко удерживает обе мои кисти над головой, а второй касается бешено бьющейся жилки на шее. Несколько длительных секунд пристально смотрит в глаза. Они у него в этот момент совершенно черные из-за расширенных зрачков, порочная улыбка пробирает до дрожи. Я звучно сглатываю, заставляю коленки не дрожать. Но это безумно сложно, потому что щеки, уши, шея загораются, я забываю, как дышать, и замираю, как кролик перед удавом. Только сердце суматошно дергается в груди, норовя оставить синяки на ребрах — так мне чудится. И когда я уже хочу захныкать от переполняющих меня эмоций, Алекс резко сокращает расстояние и жадно атакует губы.
Поцелуй. Жадный, голодный, безумно чувственный, неторопливый, выпивающий меня до дна, отбирающий страхи и неуверенность, одаривающий взрывным коктейлем желания, заставляющий раскрываться, преподносить всю себя и не бояться получить отказ.
Я растворяюсь в страстных объятиях, пьянею от того, как крепко и в то же время бережно меня прижимают к себе, вынуждая теряться в собственных ощущениях.
Жар мужского тела, запах кожи, нежность рук…
Всё сводит с ума, и я с радостью отдаю мужу полный контроль. Подчиняюсь вся, без остатка. Он ведет, а я с улыбкой следую за ним.
Алекс разрывает шальной поцелуй и, подхватив на руки, уносит на кровать, где все продолжается.
Когда и как остаюсь без одежды, сказать сложно, потому что с Алексом даже обычный поцелуй — практически секс. Он затягивает в порочный омут с головой, но желания выбраться и отступить не возникает ни на секунду.
— Прекрасна… — выдыхает муж, а в следующую секунду его рот спускается к груди, медленно скользя по чувствительной коже.
Сотни искр мгновенно пронзают сознание, и я не сдерживаю себя, показывая, как мне хорошо в этот момент.
Господи, это какое-то безумие! Но я буквально растворяюсь под опытными руками, жадными губами и горящим взглядом. Плавлюсь, словно воск, и не хочу возвращаться в реальность.
Пальцами впиваюсь в мускулистые плечи, желая ощутить Алекса ещё ближе, почувствовать на себе его сильное упругое тело, его тяжесть.
— Нетерпеливая моя, — хмыкает мужчина, отстраняется на пару мгновений, избавляясь от своей одежды, а затем возвращается и устраивается между разведенных ног, касаясь губами внутренней стороны бедра.
Кровь кипит. Я забываю дышать.
Влажный язык блуждает по нежной коже, вырисовывая незамысловатые узоры, от которых внутри все накаляется до предела. Желание с каждым мгновением скручивается подобно тугой пружине, вынуждая хотеть большего…
Но мужчина не спешит. Каждое движение его губ и языка вызывает волну неописуемого удовольствия, и я не выдерживаю.
— Пожалуйста… — молю, приподнимая бедра и действиями прошу утолить мою жажду, что выжигает изнутри.
Этого оказывается достаточно. Меня накрывает горячее тело, наши руки сплетаются над головой, губы дарят очередной поцелуй, и одновременно с этим Гроссо делает сильный выпад, проникая на всю длину.
Трепетная дрожь проносится по коже, прикусываю губу, стараясь окончательно не потерять рассудок, и зажмуриваюсь до ярких звездочек перед глазами.
Муж словно играет со мной, действуя то медленно и тягуче, то жестко и напористо, так, что я временами чувствую легкую боль от того, как он глубоко во мне.
Мощное тело вынуждает беспрекословно подчиняться, выгибаться, извиваться, раскрываться сильнее, подстраиваться и беспрерывно стонать, сгорая от желания, мечтая получить долгожданную разрядку, осознавая лишь то…
Что умру, если он остановится!
— Моя… — выдыхает Алекс в горящие губы и, запрокидывая голову, двигается еще более яростно, мощно, неудержимо.
Полностью утопаю в пелене страсти. Каждый толчок возвышает меня на вершину блаженства, приближая к пику.
Действительность растворяется, остаюсь только я и он, мой мужчина. И наше желание, одно на двоих, которое перетекает в сокрушительный оргазм невероятной силы. Он накрывает меня с головой, забирает в свой беспощадный плен и заставляет потеряться в пространстве. Удовольствие растекается по венам, даря неописуемое блаженство, вынуждая неотрывно смотреть в красивое лицо мужа над собой.
Последний рывок, и Алекс догоняет меня в нашей общей страсти. Обнимает руками и, перевернувшись на спину, укладывает себе на грудь.
