А потому в этот самый момент даю себе мысленное обещание, что обязательно постараюсь не просто открыто принимать направленные в мою сторону шаги мужа, но и двигаться ему навстречу. Нельзя только забирать и стоять в отношениях на одном месте, нужно учиться дарить, открываться, доверять. Не знаю, сколько потребуется времени, чтобы перебороть страх и неуверенность, но я непременно буду работать над собой.
Перевожу взгляд на приготовленный именно для меня завтрак. Овсянка на молоке, посыпанная крупными сочными темно-красными ягодами малины в белоснежной фарфоровой тарелке, украшенной по краю легким золотистым узором. Запотевший стакан яблочного сока, небольшое блюдечко с пышными круассанами под темно-коричневой корочкой и миниатюрная чашечка кофе, где на пышной густой пенке изображена ухмыляющаяся рожица.
Прелесть.
Желудок тут же начинает урчать, требуя вкусняшку. И я, не задумываясь, выхватываю пальцами самую крупную приглянувшуюся ягоду и отправляю в рот. Спелая, сочная, на секунду прикрываю глаза, чтобы прочувствовать все нотки сладости. А распахнув их вновь, наталкиваюсь на потемневший голодный взгляд.
Мелькнувшее в глазах Гроссо недовольство вызывает недоумение и заставляет нахмуриться.
Он злится?
Но почему?
— Ты, как магнит, от которого нельзя оторваться. А я безбожно опаздываю на заседание комиссии по льготному кредитованию, будь оно неладно, — ворчит Алекс прежде, чем я успеваю надумать лишнего. — Безумно хочу остаться здесь. Дома, с тобой в постели…
Выдыхаю, понимая, что недовольство совершенно не связано со мной, а муж уже склоняется и еще раз целует, прикусив напоследок нижнюю губу.
— Приятного аппетита, милая.
— Спасибо, — киваю, чувствуя румянец, а мужчина скрывается в гардеробной.
Пять минут, и он одетый в привычную белоснежную рубашку и строгий костюм выходит, поправляя манжеты.
— Кстати, мама уже проснулась и горит желанием познакомиться с внучкой. Сонь, не прячься от нее, пожалуйста. Она, и правда, хочет помочь.
Киваю повторно, обещая выполнить просьбу, и практически сразу остаюсь одна. Муж уезжает на работу.
Неторопливо позавтракав, но и не растягивая это мероприятие, дабы успеть сделать всё, что задумала, соскакиваю с кровати и быстро выполняю необходимые утренние процедуры.
Немного подумав, привычно закалываю волосы на макушке в небрежный пучок, надеваю лосины и длинную футболку, беру радионяню, чтобы знать, когда проснется Надя, подхватываю поднос и морально готовлюсь спуститься вниз.
Прежде чем знакомить малышку с новыми людьми, пусть и родственниками, хочу сама их понять и разобраться, как действовать дальше.
Алекс сказал, что это теперь и мой дом тоже. Его бескомпромиссность внушает уверенность, но пресловутый страх и недоверие, вжившиеся в меня с детства, подталкивают лишний раз убедиться во всем самостоятельно.
Вот и посмотрим.
Может я требую слишком многого, но в собственном жилье хочу прежде всего чувствовать себя свободно, а не скованно ходить по линейке и постоянно ожидать удара в спину. Поэтому выбор одежды тоже не случаен, никаких платьев и туфель на каблуке, да и укладка волос в идеальную прическу подождет.
Естественность — вот чего я хочу. Никаких интриг и игр. В них я несильна, да и учиться нет желания. Вряд ли тихая серая мышка, какой я была всегда, одномоментно станет величественной и хитропопой рыжей лисой, эффектно подающей себя в высшем обществе.
— Удачи мне, — произношу мысленно и спускаюсь по лестнице.
Вчерашней экскурсии хватает, чтобы сейчас двигаться в нужном направлении и не путаться в хитросплетениях особняка Гроссо. Да и сложно ошибиться. Во-первых, несмотря на то, что уже позавтракала, сладковато-ванильный аромат выпечки будоражит вкусовые рецепторы, заставляя сглатывать и двигаться в правильном направлении. Во-вторых, со стороны кухни пусть и негромко, но слышны женские голоса.
— Доброе утро, — замечает меня первой Анна.
Когда я появляюсь в широком арочном проеме, она как раз поворачивается от раковины, держа в руках большое блюдо с поблескивающими прозрачными каплями воды овощами и зеленью.
— Доброе, — отзеркаливаю улыбку, которой она меня встречает.
Это происходит так естественно, что я на некоторое мгновение зависаю, удивляясь своей реакции. Открытость к совершенно постороннему человеку мне не свойственна, а значит, в последнее время я действительно меняюсь.
Не сомневаюсь, что без влияния со стороны Алекса тут не обходится. Кажется, его уверенность и сила потихоньку передаются и мне, позволяя быть спокойнее и не зажиматься.
Вот и хорошо, хвалю себя мысленно и поворачиваюсь в сторону свекрови.
За секунду в голове проскакивает сотня вариантов ее приветствия. Начиная с того, что сейчас мне сделают замечание по поводу внешнего вида, до предположения о полном игнорировании моей персоны со стороны хозяйки дома.
Но то, что я вижу и слышу, моментально сбивает с толку.
