– Девчонка одна. У нее с Ильей отношения были, а потом разладилось между ними что-то. Вот она про него и рассказала, что это он наркотой приторговывает.
– И вы не подумали, что она могла просто отомстить таким образом?
– Подумали, конечно. Хотели проверить. Не успели. Илья исчез. А Ратибора нашли убитым.
– А девчонка, с которой встречался Илья?
– Она тут.
– Мы можем с ней поговорить?
– Я провожу вас к ней!
Милорадов поднялся со своего места, но двигаться к выходу не спешил.
– И последний вопрос: что за инцидент у вас произошел с бабушкой сбежавшего юноши?
– Если честно, то я сам не понял. Она просто вдруг набросилась на меня и хотела поколотить. Разумеется, я стал защищаться. Прибежали люди, растащили нас. И я этому был очень рад. Потому что дама была уже в возрасте, но рука у нее была еще крепкая. Но это же никому не объяснишь. Пошли бы разговоры, что я избиваю пожилых женщин!
– Так уж и просто так? Нипочем не поверю. Она что, ненормальная?
– Казалась нормальной. А теперь уж и не знаю. Я только упомянул имя Глеба Михайловича, как она будто бы с цепи сорвалась. Накинулась на меня, пыталась побить. А я всего лишь сказал, что распоряжаться поисками Ильи должен будет Глеб Михайлович. Он считается ближайшим родственником Ильи.
– Глеб Михайлович – это кто?
– Отец… то есть отчим Ильи. Я же вам про него рассказывал.
Вот только Глеб Михайлович – это было имя покойного мужа Тамары Викторовны. Того самого, который оставил ей солидное состояние в наследство, которое потом пытались оттяпать некие компаньоны, но им в этом намерении помешало семейство Кулаковых. Но в то же время сыновья тети Томы утверждали, что сами Кулаковы не прочь погреть руки, оттяпав себе чужую землю. Так и кто же тут прав? И что случилось с Глебом Михайловичем, что тетя Тома даже имени его слышать не желает, сразу в агрессию впадает?
Сашенька размышляла недолго.
– Либо я чего-то не понимаю, – сказала она, – либо тут кто-то врет. Можешь проверить, что там с этим Глебом Михайловичем? Чей он был муж? Тети Томы или чей-то еще?
Милорадов пообещал, что все сделает. И они отправились к девочке Алечке, с которой крутил любовь сбежавший Илья.
Вначале девушка лишь настороженно смотрела на них, не реагируя на вопросы.
Потом, без всякой связи с заданным ей вопросом, внезапно сказала:
– Илья не убивал Ратибора.
И хотя это было сказано невпопад, все равно это был сдвиг в положительную сторону. Одна фраза объяснила, в каком русле нужно вести разговор.
– И я тоже в этом уверен! – горячо поддержал девушку Милорадов.
– Да? А все остальные говорят, что это сделал Илья.
– Или йети, – подсказала Сашенька.
– Только дураки верят в йети! – тут же припечатала Алечка. – Если хотите знать, то Ратибора убили из-за Ильи.
– Значит, все-таки Илья тут при чем?
– Убить хотели Илью. А он об этом узнал и засобирался отсюда бежать.
– Ты знала про готовящийся побег?
– Да! Знала! Но если честно, то я не очень верила в то, что Илья мне рассказывал о нависшей над ним опасности. Была уверена, что просто ему надоела и он хочет удрать от меня. Вот я дура какая! Истерику ему устроила, ругалась на него.
– Ты просто приревновала. Это бывает, когда любишь.
– Да, я Илью любила. И люблю, наверное. Что со мной было, когда я увидела его тело! Вам не передать. Мы ведь довольно долго думали, что убили именно Илью, а Ратибор просто сбежал. И только когда приехала бабка Ильи, то все встало на свои места. Она сразу же заявила, что убитый – это не ее внук. И тогда я тоже вспомнила про отличительные приметы. Помимо родимого пятна, у Ильи еще был шрам от аппендицита. А у Ратибора ни пятна, ни шрама не было. Это его отец по телефону нам сообщил.
Милорадов задумчиво качнул головой:
– Лицо жертвы изуродовано до неузнаваемости, отпечатки пальцев Ратибора в базе данных не числятся, невозможно проверить, что это именно он. Есть крохотная вероятность того, что убит вообще кто-то третий.
Алечка недоверчиво посмотрела на Милорадова.
– Да кто же третий-то? – переспросила она. – Илья убежал. Ратибор убит. Больше никто третий у нас не выбывал.
– Необязательно, что погибший является обитателем вашего центра. Он мог появиться откуда-то извне.
– Вам почему-то просто хочется, чтобы убитый оказался не Ратибором, а кем-то другим, – заявила проницательная Алечка. – Вот вы и придумываете!
Сашеньке тоже так показалось. Но с чего вдруг Милорадову так себя вести?
– А кого опасался Илья? – спросила она у Алечки. – Ты знаешь?
– Конечно! Это все знают. Своего отчима он опасался! Считал, что тот жив.
– А что? Разве нет?
– Ну, вроде как официально он признан погибшим, но Илья считал, что мужик свою смерть инсценировал.
– Зачем?
