Шар разбился о щит, превратившись в пятно наполовину щита. Слизь начала «разъедать», словно кислота, нити электричества, из которых и состоял щит, образуя в нем сквозные дыры. Заставив исчезнуть щит, слизь упала на землю, продолжив ее разъедать, устремляясь вглубь земли, а та, что оставалась на клинке, начала бурлить, пузыриться и шипеть, стекая каплями на землю.
Побоявшись, что слизь разъест клинок также, как и щит, я несколько раз встряхнул его в сторону, чтобы избавиться от слизи. Однако, взглянув на уже чистый клинок, я не заметил следов разъедания, отчего я, немного успокоившись, выдохнул, но через мгновение я вновь заставил появиться щит.
От увиденного прогнанный мною страх вновь вернулся, когда я увидел, что во вновь появившемся щите остались дыры от той слизи. Приглядевшись, я увидел, что нити тока очень медленно, но все же восстанавливались, затягивая дыры, оставленные слизью, отчего у меня немного отлегло.
Тот, что с огненным клинком, был уже меньше, чем в пяти метрах от дерева, за которым я прятался, поняв, что прятаться уже нет смысла, я перекатился влево от дерева, после чего рядом с ним пролетел сгусток магмы. В несколько больших шагов я оказался у англичанина и, выставив плечо вперед, сбил его с ног.
Упав на землю, он, не теряясь, ударил мне в живот. От боли я скрючился и увидел, как мне в грудь летит его клинок. Подняв свой, я ударил по его клинку в ответ, отведя удар в сторону. Но англичанин оказался быстрым и, прокрутив клинок в руке, полоснул мне под коленкой. Я взвыл от боли, но не свалился, а, пошатнувшись, отошёл назад, после чего заметил, как на меня уже бежал второй. Спрятавшись за ближайшее дерево, я сжал покрепче клинок и уже приготовился к смерти, мысленно прощаясь, с мамой, Иванычем, Алиной, Виктором и даже Пашей.
Однако, когда я готовился отбивать удар второго англичанина, я услышал какой-то всхлип неподалеку от дерева. Отпрыгнув от дерева, я резко развернулся, готовившись вступить в бой. Однако я заметил, что возле дерева стоял второй англичанин с зелено-фиолетовым клинком, замерший в одной позе, словно его парализовало.
К моему удивлению рядом с ним стоял Виктор, который слегка воткнул острие своего клинка в англичанина. Когда я в прошлый раз видел клинок Виктора, красно-бордовые трубки вращались вокруг клинка, сейчас же трубки, словно пиявки, были воткнуты в тело англичанина и стояли смирно, не вращаясь. Кинув вновь взгляд на сам клинок, мне даже показалось, что он был уже не серебристого цвета, а с легким оттенком красного. Подняв глаза на Виктора, я заметил, что его глаза жадно смотрели на англичанина, и на мгновение мне показалось, что кожа на его руке, которая держала клинок, немного помолодела, а морщины на лбу немного расправились, а некоторые исчезли вовсе.
Внезапно с земли поднялся Топор и выпустил сосульку в сторону Виктора. Однако Виктор мгновенно среагировал, вытащив клинок из англичанина, который в тот же миг свалился на землю без сознания и отпрыгнул назад, увернувшись от сосульки.
Второй англичанин, который был с огненным клинком и казался на пару лет моложе своего напарника, напуганно опустил клинок и начал медленно ползти ко второму лежавшему без сознания англичанину, давая понять Виктору, что не собирается нападать, и даже пытался спрятать клинок.
Топор вновь выпустил сосульку в сторону Виктора. Я, медленно передвигаясь, держась за ногу, поднял клинок и, выставив наполовину восстановленный щит, отбил сосульку, от которой Виктор вновь ловко уклонился.
Виктор быстрым шагом шел на Топора, и через несколько мгновений он словно молнией прыгнул в его сторону и, вонзив клинок ему в живот, смотрел Топору в глаза, наблюдая как из них стала постепенно уходить жизнь.
Подойдя ближе, я заметил, как красно-бордовые трубки снова впились, но уже на этот раз в тело Топора.
Буквально на глазах из тела Топора уходила жизнь. Увидев это, один англичанин подхватил второго, лежавшего без сознания и поволок его в сторону машины, бешено поглядывая на Виктора, который упиваясь, высушивал Топора.
Через минуту Виктор, придерживая голову Топора, изрядно высохшего, словно его выпили как банку сока, скинул с клинка. Красно-бордовые трубки снова начали вращаться вокруг клинка, а через мгновение он и вовсе исчез из рук Виктора.
Виктор повернулся ко мне лицом, и моему удивлению и одновременно страху не было предела. Лицо Виктора выглядело моложе, причем настолько, что на вид ему было лет тридцать, как и англичанам, которые в этот миг погрузились в машину, что есть сил дали ходу от дома Виктора.
Сжимая клинок все сильнее, я с опаской смотрел на Виктора, после чего, с трудом собравшись, промолвил:
— Что у тебя за клинок? Что стало с Топором?
— Он умер…, - сказал Виктор, кинув взгляд на лежавшее на земле рядом с ним бездыханное тело Топора. — Извини, что напугал. Поэтому я сразу и не демонстрировал способности своего клинка. Одна из способностей моего клинка — это вытягивание жизненных сил из живых существ.