— Я тоже про это подумал, поэтому поверил словам Топора, но сказал, что ты не поедешь! Он расстроился, наверное, даже разозлился. Я тогда подумал, потому что нужно придумывать как пройти к твоей матери и уговорить уехать ее из больницы, но позже я узнал, что ох хотел выманить тебя одного.
— И что было дальше? — спросил я.
— Мы поехали в Москву. Он попросил заехать в бар дать указания, пока мы будем скрываться, и взять кое-какие вещи. Я согласился, и мы направились в бар. Уже ближе к бару у меня было ощущение, что за нами следили, но я на него тогда не обратил внимания, думая только о том, как забрать твою маму. Я пошел в бункер через заднюю дверь, а Топор сказал, что пройдет через бар и зайдет с другой стороны.
— А зачем вы пошли в бункер? — спросил Виктор, внимательно смотря на Иваныча.
— Он сказал, что, возможно, для тренировок стоит взять учебные мечи и другое обмундирование по мелочи, ибо неизвестно, когда мы окажемся в бункере в следующий раз. Мне показалось логичным, и я пошел. Когда пульт сработал, я не глянул на экран, когда открывал Топору. И как только дверь открылась, зашел Топор и двое мужчин, которых мы видели в той машине на заправке, которые мне сразу не понравились.
— Топор сказал, что он боялся напасть один на вас двоих, а почему не задействовал своих друзей английских? — спросил Виктор.
— Потому что когда мы направились к тебе, они только-только приехали, и они не успели вовремя сориентироваться. Поэтому придумали новый план, они сначала надеялись нас поймать, когда мы приезжали с тобой на заправку вместе, но в тот день они нас не смогли нагнать до того, как мы подъехали к дому. Но нападать вдвоем не стали. Подумали, что спокойно возьмут в другой раз, а после этого я приезжал один. И когда они поняли, что ты больше не выйдешь с территории дома Виктора, решили сменить план и похитили меня. Ну в общем в бункере меня изрядно избили, кажется, даже сломали несколько ребер, а затем привезли сюда в надежде, что ты сам сдашься, чтобы спасти меня. Ну а дальше вы все лучше меня помните, — рассказал Иваныч.
— Получается, Добровольский прав… — невольно выпалил я.
— Не могу сказать насколько, но то, что в смертях хранителей замешан каким-то образом английский корпус, можно утверждать точно, — уверенно произнес Иваныч.
— И что вы планируете делать? — спросил Виктор.
— Мы? А ты не с нами? — удивленно спросил я.
— Нет. Я не с вами. Мне кажется, я довольно четко обозначил свою позицию. Я не участвую в интригах хранителей! — строго произнес Виктор.
— Но… — попытался сказать я, после чего Виктор меня перебил.
— Никаких «но»! Я отдал свой долг, оставив вас здесь и начав обучать, верно? — спросил Виктор, обращаясь к Иванычу.
— Отдал… — грустно ответил Иваныч.
— Вы раскрыли мое место жительства, которое я несколько десятилетий себе обустраивал, и теперь мне нужно сменить его, чтобы вновь уйти с радаров. И продолжать обучать или укрывать вас я больше не буду, потому что считаю долг исполненным, а участвовать в интригах хранителей я…, - произнес Виктор, уставившись на меня.
— Не буду… — покорно закончил фразу Виктора.
— Верно, господа! Поэтому у вас есть час, чтобы покинуть место, после чего я спалю его дотла, — добавил Виктор, встав из-за стола, и устремился в дом.
— Черт, он нам бы сейчас как нельзя кстати мог оказаться полезным, — негромко сетовал Иваныч.
— Ну я думаю переубедить его мы не сможем. Что будем делать?
— А что нам остается… придется собрать хранителей и просить у ключника защиты. Выбора больше нет, если эти английские пижоны вернутся, нам вдвоем будет тяжко, плюс они могут оказаться не одни, и приедет подкрепление, — констатировал Иваныч.
— Кажется, есть проблемка и с этим, — подумав, подметил я.
— Какая? — с удивлением спросил Иваныч.
— Ну смотри, твоя машина у бара, машина этих иностранцев исчезла вместе с ними, телефона у меня нет, да и если бы даже и был, сомневаюсь, что хоть один бы таксист взял заказ забрать нас отсюда. И, учитывая все это, возникает проблемка, как нам отсюда уехать в Москву? — с умным видом детектива, разложившего все по полочкам, произнес я.
Неожиданно из дома вышел Виктор, и, подойдя к столику, где мы сидели, он с силой плюхнул ладонь на стол, а когда поднял ее, на столе лежали ключи.
— Берите мою машину и езжайте.
— А как же ты? Как повезешь все вещи? — спросил я.
— Не беспокойся. Менять жизнь нужно кардинально, закину труп в дом, спалю его со всеми вещами и исчезну, словно меня и не существовало, а те, кто меня знал, будут думать, что я сгорел в доме, — уверенно произнес Виктор.
— А машина? Не подумают, что ты на ней сбежал? — спросил я.
— Хм… тогда постараюсь сделать так, как будто меня ограбили и убили, — с улыбкой произнес Виктор, направившись к телу Топора.
Подойдя к трупу, он хотел было уже закинуть его себе на плечо, произнес:
— Не хотите его обыскать? Вдруг он ключ с собой носил или много денег?
— Нет. Камень-ключ он хранил в другом месте, — ответил Иваныч.