Почти на краю Лукоморья, на самой дальней его восточной границе, величественно раскинувшись, стояла крепость кощеева. Она состояла из шести башен, высотой не уступающих скалистым холмам, обступившим крепость с трех ее сторон. Башни соединялись между собой мостиками-переходами, под которыми находилось множество жилых и не очень комнат. Стены за какой-то надобностью были укреплены, да так, что порой даже самое сильное землетрясение - безусловно вызванное магическим путем, - не наносило совершенно никаких повреждений, а иногда и вовсе не чувствовалось. Над крепостью постоянно ходили грозовые тучи, частенько попадая своими молниями в металлические шпили башен. Но бывали случаи, когда непонятные облака самых различных цветов, - начиная от ярко-зеленых и заканчивая малиново-коричневыми, - выползали из глубочайших недр кощеевых укреплений. Откуда они появлялись и каким образом никто не знал, кроме самого хозяина крепости.
И вот, оказавшись внутри лелеемого в мечтах величественного строения, царевна с трудом смогла подавить стон разочарования. Еще в детстве она самозабвенно мечтала, как по достижению совершеннолетия соберет себе небольшую поклажу, вскочит на коня и отправится на поиски приключений именно сюда. Как пролетит, словно стрела, через леса и поля, с легкостью перемахнет через горы и окажется в обители захватывающих дух знаний о магии. Естественно в фантазиях Василисы крепость представляла из себя малопривлекательное зрелище: все проходы и углы обильно затянуты паутиной, с которой совсем не миролюбиво и весьма плотоядно взирают оголодавшие пауки; под потолком несметные полчища летучих мышей наблюдают сотнями пар красных глаз; в подземельях несомненно рыщут твари много хуже пауков, а в коридорах бродят привидения (куда же без них в заброшенной-то крепости). И посреди всего этого безобразия стояла бы она - царевна Василиса,- хозяйка заброшенной кощеевой крепости. Потому что кто еще в здравом уме и трезвом рассудке захочет стать обладателем заколдованного и явно проклятого своим прежним хозяином здания, каким бы оно распрекрасным и неприступным ни было.
Мечта стать могущественной колдуньей не покидала царевну ни при каких обстоятельствах. Даже после того, как она познакомилась с одним из представителей своей будущей профессии и ужаснулась последствиям использования той самой магии - царевна от задуманного не отступилась, четко для себя решив, что ради свободы готова распрощаться с красотой.
Но эта мечта, разбившись о скалы суровой действительности на мириады осколков, канула в бездонную пропасть. Крепость была занята, по всей видимости, уже давно. И Василиса даже знала кем именно - воспоминания недавних событий ненавязчивыми лентами хлынули в сознание, и царевна сникла окончательно. Верховный маг не тот человек, которому можно без опаски выдвигать какие-либо требования. А вот напроситься к колдуну в ученики попробовать стоило бы.
"- Ученица с небольшими знаниями о магии - это ведь всегда лучше необученной служанки! - рассуждала про себя царевна. - Только теперь нужно эту мысль донести и до мага..."
С этими мыслями Василиса снова начала рассматривать внутренний двор крепости, только на этот раз гораздо внимательнее.
Внизу, возле хозяйственных построек, перебирали копытами шесть лошадей. Все как на подбор: холеные, откормленный, гривы заплетены в тугие косы. И абсолютно все разных мастей. Две огненно-рыжих почти не отличались между собой, только пястья у одной были значительно толще - болонзийская порода, - выводили их специально, чтобы по горам легко передвигались. Одна была полностью вороного цвета с тонкими и длинными ногами и гладким, блестящем на солнце волосом - на таких лошадках к царю-батюшке приезжали послы из Родолана. Там не придавали особого значения породе, но именно на таких разъезжала бывшая аристократия и нынешние чиновники. Немного в стороне от всех стояли две северянки, одна пегая, другая абсолютно белая и обе с длинной теплой шерстью на массивных ногах, боках, ребрах и животе. Пятая - самая низкая из всех, - огненно-черная с сильно удлиненной острой мордой беспрерывно стригла ушами, чуя поблизости нечисть. Последняя белая с большими рыжими и черными пятнами на боках, морде и крупе. Почти такая же степная красавица была и у царевны, поэтому Василиса точно могла сказать, что глаза у лошади чистейшего светло-голубого цвета. Именно из-за цвета глаз царь-батюшка когда-то и подарил своей младшей дочери кобылу ширанесской породы.
Все лошади явно сильно устали от долгой дороги и все никак не могли отдышаться. Вяло перебирали копытами, сипло фыркали, но угощения из морковок и капусты, что им принесли два добрых молодца приятной наружности, сметали подчистую. Наблюдая за ними, царевна с тоской вспомнила, что в последнюю неделю совсем не наведывалась в царскую конюшню к своей Зорьке, и что та, наверное, сильно по ней скучает.
- О, так Вы уже проснулись!
