–Ты очень по-взрослому рассуждаешь, – заметила я.
–Правда? Я много учусь! Вот, смотрите, сколько у меня книг! И это еще мало, на Манхэттене у меня целая библиотека, а еще у бабушки с дедушкой в Италии, я там все каникулы провожу. И всегда читаю!
–Ты большая молодец, – подбодрила я Машу. – А чем ты особенно увлекаешься?
–Психологией! И еще режиссированием, это так интересно, кино снимать! А в Америке я прошла курсы прямо в Голливуде, представляете?
–И сама уже что-то сняла?
–Я, – засмущалась девочка, – нет. Рано еще! Только так, для школы что-то и подружкам блоггерам помогаю иногда.
–Покажешь как-нибудь?
–А вам интересно, правда?
–Конечно! Я тоже, в некотором роде, участвовала в создании видео роликов, только они все больше рекламные были, а не художественные.
–Ой, как здорово! А вы на самом деле хорошая! – радостно, совсем по-детски хлопнула в ладоши дочь Шарова. – Папа всегда рассказывал о вас, когда я спрашивала. И готовил меня к этой встрече. Но я очень боялась, что вы будете как мама, говорить только о вечеринках и моде. А я это не люблю. У меня совсем другой характер.
–Я тоже не люблю вечеринки, – подмигнула ей.
–Это здорово!
–И книжки по психологии тоже часто читаю, но мне было бы интересно услышать, что узнала ты, так как тебя учили в Америке, а меня здесь.
–Ой, конечно! Я все-все расскажу! И книжками поделюсь! Еще лучше! Знаю, стойте! Скоро будет семинар по психологии в Чикаго, я умоляла папу отправить меня туда, но без взрослых там не пускают. Может быть вы поедете со мной?
–Ну, если папа не против, и, надо спросить разрешение у Вовы.
–А, точно! Я знаю! Вова – это ваш сын! А когда мы с ним познакомимся?
Голова немного пошла кругом от бесчисленных вопросов Маши. Ее жизнерадостность и любопытство сбивало с ног.
Кстати, о сыне. Сейчас, конечно, очень рано, но надо позвонить домой, узнать как они там с мамой и заодно отчитаться, что со мной все впорядке. А-то, вообще-то, я обещала вчера вернуться, но кто знал, что все вот так вот случится.
-Девочки, Виктор Станиславович приехал. Спускайтесь, я накрыла на стол! – пригласила мама Шарова, заглянув в комнату внучки.
–Сейчас, бабуль, еще секунду.
Маша закрыла дверь и подошла ко мне.
–Мария, пожалуйста, не обижайте отца. Он… он очень хороший. Он очень сильно вас любит. Только он говорить об этом не умеет. Папа когда уезжал в Россию, рассказал мне по большому секрету, зачем едет, потому, что я его давно уже мучила вопросами. И я не проболталась! Они с мамой никогда не любили друг друга. Только ссорились. Знаете, мы в Америке учимся понимать, что замужество не навсегда, люди могут разонравиться друг другу, и всем будет легче, если они разойдутся. Папа долго ждал, – девочка доверительно положила свою ручку мне на левое запястье.
–Маша, я постараюсь, но все зависит не только от меня.
–Я понимаю, – серьезно кивнула девочка, действительно, почти как настоящий психотерапевт.
В столовой нас уже ждали все Шаровы. Папа оказался таким же радушным человеком. А Устина Карловна расстаралась – накрыла на стол почти как на праздник. Все весело болтали и с любопытством разглядывали меня. Адам сидел рядом. Его колено касалось моего, а рука очень часто ложилась на мое плечо. Утреннее солнышко светило в окно – идиллия. Настоящая семья, только Вовки не хватает! Кстати. Я оглянулась и поискала взглядом свою сумочку. Это не укрылось от наблюдательной Устины Карловны:
–Ой, Машенька, совсем забыла сказать, твой мобильный все утро звонит, но я уж не стала тебя тревожить, пока вы там все разговаривали. Он на кухне, в сумочке, поди, посмотри. А-то, может, что-то важное.
Я извинилась и поспешила в указанном направлении. Боже! Двадцать пропущенных от мамы. Быстро набрала номер.
–Мам, извини, что не предупредила, – начала было оправдываться я.
–Маша! Петр! Они забрали Вову! – мама плакала в трубку навзрыд и я едва что-то могла разобрать.
–Кто? Куда забрали?
–Петр приехал с органами опеки, прямо на улице отобрали мальчишку и увезли! Постановление суда. Как? Они, они сказали, что на основании опасных условий для жизни ребенка, Маша, я не понимаю, где Вова?!
Глава 21
