-Куда они уехали?
–Не знаю, ничего не сказали, просто увезли и все.
Внезапно, чья-то рука выхватила у меня телефон.
–Екатерина Алексеевна, я все решу, не беспокойтесь за внука. Сегодня же он вернется домой, – сказал Адам в трубку, выслушал ответ и быстро отключился.
–Идем, – скомандовал Мой мужчин, и мы быстро вышли из дома, только на этот раз с черного хода.
За домом оказалась большая площадка, на которой стоял… вертолет!
–Маша, не переживай, мы очень скоро будем в городе, – сказал Шаров, помогая мне залезть в кабину.
Не знала, что он еще и пилот. Сев за штурвал, Адам по рации запросил разрешение на взлет, щелкнул необходимыми включателями на приборной панели и винты на крыше вертолета ожили.
Мы плавно взмыли в воздух. Никогда до этого момента не летала. Страха не было, меня колотил адреналин, я настолько переживала за Вовку и за то, что случилось! Все-таки Петр решил продолжать эпопею мщения. Но, дойти до такого! Собственного сына! Как это вообще возможно?
Пока мы летели над полями и городами, Адам по хендс фри связался с Иваном Константиновичем и приказал тому срочно узнать, где сейчас находится Вовка, а потом вызвать туда каких-то людей. Он называл имена и фамилии, но ни одно из них мне не было известно и ничего не говорило.
У меня самой нет никаких связей, чтобы как-то повлиять на ситуацию. Петр, очень похоже, кого-то подкупил или как-то надавил – у него-то есть нужные знакомые, он не раз хвастался этим, как большим бонусом к своей профессии. Потому что на каком основании они могли забрать вовку? Какая, к черту, угроза здоровью? В квартире моей мамы? Под моим крылом, где с Вовки пушинки сдуваются, одеялко по ночам поправляется, кушает он все только вкусное и любимое, прекрасно учится и так далее. Какая, нафиг, угроза?!
–Маша, успокойся, я все решу. За несколько часов с Вовой ничего плохого не случится. Мы его заберем сегодня же. И точка.
Следующий час был для меня сущим адом. Полет в неизвестности, потом мы пересели в машину и помчались с, неизвестно откуда взявшимся, полицейским эскортом в четыре машины, с мигалками, в городскую больницу. Как выяснил Иван Константинович, Вовку отвезли туда, типо проверять состояние здоровья! Абсурд! Маразм! Что они там, с ума все сошли?!
Мы подъехали к зданию больницы первыми, как потом выяснилось. Адам не дал мне побежать, у дверей нас уже встречал Иван.
–Адам Викторович, они здесь. Но я бы вам советовал, подождать буквально минуту здесь и потом, всем вместе подняться. Без них вам все равно не дадут это сделать.
Только он договорил это, как за нашими спинами ко входу подъехали одна за другой три черных машины, а за ними еще одна с мигалкой. Как я потом узнала, из первых трех вышла группа лучших в стране адвокатов, в числе шести человек. Все в черных костюмах, быстро и по-деловому поздоровались с нами и проследовали в здание. Из автомобиля с мигалками появились люди в форме, которые точно также, пожав руку Адаму, направились за делегацией юристов и всем этим парадом руководил Иван Константинович.
Очевидно, Петр с его знакомым из опеки и попечительства не ожидали такого ответа. Адвокаты и люди в форме пригласили их в отдельное помещение, где, по всей видимости, состоялся непродолжительный, но весьма продуктивный разговор. Через несколько минут, один из адвокатов, высокий, худой мужчина с элегантными седыми бакенбардами, вышел оттуда, слегка кивнул нам и скрылся в соседней палате. Еще через мгновение он вышел, ведя под руку зареванного Вовку.
