Это ещё не был провал его, Цзиня, плана, но где-то близко к тому. В общем, всё висело на волоске. И как бы Цзинь не хотел уклониться от драки, драка была неизбежна.
Рука Шина сама собой потянулась к кунаю на поясе, но… его взгляд наткнулся на ехидный взгляд Цзиня. И Шин припомнил несколько… ну, ладно, будем честными… несколько десятков случаев того, как Цзинь организовывал им, «героям», конфликтные ситуации с учениками «ооцуцуками». И в тот момент, когда казалось, что вот в воздухе замелькают кунаи, а техники Е и F рангов начнут выбивать окна, появлялись то декан факультета Ооцуцки, то директор школы. В первом случае «героев» ждали отработки по чистке клеток с животными, а во втором – личных учеников ждала «великолепная возможность провести тренировку по развитию навыка самоконтроля». Каковая почему-то тоже заключалась в уборке.
И Шин убрал руку подальше от куная. И сказал то, что давно хотел сказать.
– Давно хотел начистить тебе рожу! – произнёс он. И в его голосе была вся та боль от тысяч случаев, когда по вине Цзиня его факультет лишался факультетских баллов.
И услышал в ответ синхронное.
– Давно хотел начистить тебе рожу! – в голосе Цзиня была старая обида за несколько случаев, когда на стадионе их команда Ооцуцуки садилась в лужу совсем уж унизительным образом.
И два противника с огнём в глазах ринулись навстречу друг другу, сжимая кулаки. Оба были приблизительно одного возраста и комплекции. И оба дрались одинаково плохо. У каждого были на то свои причины. Цзиня никто не учил драться, а основной упор делали на обучении науке культивации. Шина же учили, но в силу слабого здоровья, он не мог тренироваться наравне со всеми. Разве что в последние месяцы Шин и его товарищи резко увеличили свои физические показатели. И, как и Сай, достигли десятого уровня Конденсации Ци. Или это произошло потому что они достигли десятого уровня Конденсации Ци? В общем, противники стоили друга…
Несколько минут спустя
Синхронно выписав друг другу по физиономии Шин и Цзинь откатились друг от друга. Шин смахнул кровь из рассечённой губы, а Цзинь ощупывал нос, проверяя не сломан ли тот. Но, нет, он был всего лишь разбит. Просто ребята ещё не были в той весовой и возрастной категории, чтобы одним ударом повергать своих противников.
И тут Цзинь заметил, что он ненароком оказался у самого зеркала. Более ничего в этой комнате не было. А уж о предназначении зеркал в школе культивации Цзинь прекрасно знал, ибо проходил через подобные несколько десятков раз на день. А просмотрев сон Шина, Цзинь додумался до очевидной вещи – есть более продвинутые варианты зеркал!
И поэтому сделав шаг назад, Цзинь не отрывая взгляд от противника положил руку на зеркало и сказал:
– Звёздная Ци!
При этом он представлял подсмотренный в воспоминаниях Шина камень, размером с кулак, излучающий фиолетовое сияние.
И зеркало отозвалось на его приказ. И позади Цзиня в зеркале отразился какой-то мрачный, плохо освещённый коридор с текущей по полу водой и металлическими трубами на стенах. А всё освещение коридора давал камень, излучающий фиолетовый свет. Камень просто лежал на самом обычном столике.
Одним прыжком Цзинь оказался возле столика и ухватился за камень. Тут изображение в зеркале, за которым оказался Цзинь начало мутнеть, и последнее, что успел разглядеть Шин было то, как в глазах Цзиня появляются по одному томоэ… этакой маленькой чёрной запятой, вращающейся по алой радужке.
Шин бросился к зеркалу, выкрикивая по примеру Цзиня: «Звёздная Ци!», но, увы… Пока он бежал, Цзинь проделал ещё один рывок к зеркалу, крича: «Спальня!», и вернулся в свою личную спальню, расположенную в крыле здания, принадлежащую факультету Ооцуцуки.
====== Глава 25. Катастрофа школьного масштаба, завязка ======
Час спустя
О том, что их надули, «герои» догадались сразу же, как смогли собраться вместе. К счастью, система из комнат-испытаний имела, скажем так, систему сброса. И сбрасывала неудачников, не сумевших пройти далее, в женский туалет. После чего оный неудачник, ало светя горящими от стыда ушами, шёл к себе в гостиную «героев». Именно там то и родилась идея догнать Цзиня и отобрать у него камень по имени Звёздная Ци.
Но, увы, на пути плана возникло несколько трудностей. Непреодолимых трудностей. Цзинь пропал. Пропал в неизвестном направлении. Вместе с ним куда-то пропали два его приспешника по имени Жирный Тупица и Тупой Жирдяй. А спрашивать учителей в лице Генно-сана и Курама-сенсея «герои» не стали. Не хотели втягивать в задачу уничтожения чудовища Узумаки взрослых. А рядовых учеников «ооцуцук» никто не стал спрашивать, ибо отношения между факультетами были… эм, да никаких не было. И кроме колкостей и агрессивных фраз «герои» и «ооцуцуки» ничем не обменивались. Тем более они не обменивались полезной информацией.
Это же время
– Афигеть! – выдавил из себя Жирный Тупица.
– Ачуметь! – выдавил из себя Тупой Жирдяй.
– А… – начал было не менее ошеломлённо говорить Цзинь.
Но одёрнул себя. Он же не тупица, как его приспешники!
