– Да, это действительно большое количество отличной Ци. Прекрасно подходящей для культивации, – уточнил он, разглядывая представшую перед ним и его миньонами картину.
И там было на что посмотреть. Это походило на какую-то фабрику. Фабрику по производству зелёной жижи. Повсюду были трубы, трубы, и ещё раз трубы. В них для удобства были сделаны небольшие застеклённые прорези, сквозь которые была видна текущая по оным трубам зелёная жижа. Та самая целебная Ци. Она вытекала из труб, попадала в какие-то баки, контейнеры и прочие ёмкости. Там с ней что-то делалось, и она текла дальше. А в центре всей этой… фабрики? …стоял насос. Только выглядел он как переделанная котельная. В общем, выглядело это всё весьма странно.
Но внезапно стало ещё страннее.
– МОЯ КОТЕЛЬНАЯ! ЧТО ОН С ТОБОЙ СДЕЛАЛ!? – завопил высунувшийся из грудной клетки Цзиня его учитель Фредди.
Зрелище какого-то стрёмного мужика, половина лица которого представляла ужасный ожог, а вторая белела здоровой кожей, ввело Жирдяя и Тупицу в состояние ступора. Их мозг, сделав слабую попытку проанализировать видимое, тут же выбрал вариант уйти на перезагрузку. И они, закатив глаза, упали в обморок.
Приблизительно это же время
– Чудовище нас живьём сожрёт, – вздохнул Шин, – но другого выхода я не вижу.
Сай ничего не стал говорить. Он просто открыл свой блокнот для рисования. И заранее нарисованная сороконожка соскользнула с его страниц. Будучи плоской как лист бумаги, она без труда проникла под дверью. Дверь вела в вольеры и ломать оную «герои» поостереглись. Их сенсей – мастер Узу, во-первых, вычел бы нужную сумму денег из заработанного ими на уроках других учителей. А во-вторых, не хотелось, чтобы сенсей, глядя на них с грустью в глазах, выговаривал им за порчу школьного имущества.
Через несколько минут сороконожка вернулась с разведки, забралась на руки Саю и замерла. Тот замер с закрытыми глазами, обрабатывая, полученную информацию.
– В помещении никого нет… Ни чудовища, ни Цзиня… Но есть кое-что странное. Клетка одного из слизней открыта. И его там нет. А в мусорном ведре полно свежих отходов… очень похожих на то, что получается у нас после уроков учителя Обжоры…
– Один из этих биджевых слизней стал закуской? – с радостным предвкушением в голосе спросил кто-то из семи «героев».
– Скорее «да», чем «нет», – сказал Сай.
Его товарищи радостно загомонили, радуясь тому, что один из мерзких слизней, с помощью которых «чудовище Узумаки» из урока в урок лишало их факультетских баллов, отправилось на тот свет.
– Я понял! –хлопнул себя по лбу Шин. – Это Цзинь!
– ??? – нарисовалось на лицах его товарищей.
– Да! Всё сходится! Сперва этот биджев Цзинь долго отрабатывал свои навыки гендзюцу на нас… – стиснул кулаки Шин.
И он был не одинок в своём порыве.
– …а потом, когда он достаточно натренировался, бросил вызов слизняку, и сам его победил. И сделал из него пилюлю прорыва на следующий уровень культивации. То-то у него радужка глаз была алой. И по одному томоэ в каждом глазу. И нас семерых сумел поймать в гендзюцу одним махом, а не как до этого… только по одному, – изложил свои наблюдения Шин.
– Значит теперь он на стадии Возведения Основания, и сможет портить нам жизнь в десять раз сильнее, – подытожил Аки.
– Не боись! У меня есть план! – отозвался Шин. – Слушайте все…
Несколько минут спустя
– Учитель Беда был бы доволен твоим планом… – протянул Сай.
– Всё будет хорошо!
– Он тоже так говорит, а потом нас пытаются избить всякие гопники, которым мы невесть как умудрились перейти дорогу… И с каждым днём во мне крепнет уверенность, что планы учителя Беда можно брать примером для того, как не нужно поступать, если ты не хочешь проблем с мафией… – продолжал работать гласом разума Сай.
– Давай не будем снова, Сай, – замял тему Шин.
Сай не стал развивать тему дальше, но по его лицу было видно, что он ещё к этому вопросу вернётся.
А затем дети стали действовать по предложенному Шином плану. План был… мягко скажем, авантюрен. И базировался на том, что они всё же чему-то научились за прошедшее время у своего сенсея. И хотя бы секунду могли бы противостоять взгляду демонического слизня. А ещё они знали, что чужая Ци может нести не только вред. И не только отправлять жертву в гендзюцу, но и выводить из неё. И не раз, и не два, они приходили в себя, когда их приводил в чувство после очередного взгляда в красные буркала слизней, либо директор, либо само «чудовище».
И поэтому сейчас Шин протянул вперёд руку, а на неё положил сверху ладонь Сай. И так все семеро учеников.
– Боли – нет! – первым сказал «Мудрую Вещь» Кио.
– Страха – нет! – сказал Рио.
– Смерти – нет! – провозгласил Кен.
– Разум мой – твердыня моя! – сказал Аки.
– Чувства мои под семью замками! – закончил Нэо.
Затем ребята разомкнули руки.
– Чувствую себя… странно… – протянул Сай.
– Времени – нет, – сказал Шин.
– Это ещё одна ваша… Мудрая вещь? – заинтересовался Сай.
