Впрочем, больше всего вопросов было у следователя к хозяину участка. Тот от знакомства с женщиной, которую нашли мёртвой на его участке, отказался в самой категоричной форме.
— Не видел! Не убивал! Не знаю!
А тут ещё и прибывший вместе со старшим следователем эксперт предположил, что смерть потерпевшей могла наступить более чем за сутки до момента её обнаружения.
— И отчего она скончалась?
— Видимых повреждений на трупе не имеется. Возможно, отравление.
Женщина была блондинкой с необычайно светлой и белой кожей, которую изначально все и приняли то ли за гипс, то ли за мрамор.
Подруги не уходили и прохаживались неподалёку, так что им удалось подслушать часть разговора следователя с хозяевами участка.
— Вы уверены, что тела не было тут вчера?
— Нас самих вчера в посёлке весь день не было. Мы были в городе, назад вернулись лишь поздно вечером. Было около одиннадцати часов вечера, когда мы приехали.
— В сад вы уже не пошли?
— Почему? Пошли, конечно. У нас же на сегодня был назначен конкурсный просмотр. Надо было ещё раз проверить, всё ли там в порядке.
— Значит, вы с женой всё в саду внимательно осмотрели?
— Чтобы совсем всё, нет, такого я вам не скажу, поздно уже было, чтобы долго по саду бродить. Да и устали мы с дороги. Но композицию с тюльпанами осмотрели весьма тщательно.
— Могли не заметить тело на валуне?
— Исключено. Чтобы нам не торчать долго на улице, жена сделала несколько фотографий, снимая тюльпаны с разных ракурсов. Дома в спокойной обстановке мы их весь вечер рассматривали. Будь на валуне тело, мы бы уж его заметили.
— Сохранились у вас эти фотографии?
— Да, пожалуйста. Вот они.
На фотографиях имелась дата и время, когда они были сделаны, но не имелось тела погибшей. Следователь так вслух и сказал. Эти показания в совокупности вроде как подтверждали невиновность хозяев участка и непричастность их к смерти потерпевшей, но им всё равно пришлось поехать со следователем для дачи показаний. Также он пожелал узнать, виделись ли с кем‐нибудь супруги, пока находились в городе. И если нет, то в каких конкретно местах они в городе могли появиться. В общем, настойчиво и ни от кого не скрывая своего интереса, выяснял алиби у супругов на момент убийства. В этом сомнений у подруг не было.
И они стали рассуждать.
— Значит, тело появилось на валуне только минувшей ночью. После одиннадцати или даже половины двенадцатого вечера. К тому же преступник необычайно силён физически.
— Либо он действовал не один. У него был сообщник.
— С чего ты так решила?
— Валун‐то высоченный, чтобы на него тело водрузить, надо его на вытянутых руках поднять. Тут либо нужно быть силачом-штангистом, либо иметь сообщника, который тебе поможет.
— Скорей всего второе. Штангу удобно брать, а попробуй также человеческое тело обхвати. Да, их было двое.
— Вот-вот, и следы в тюльпанах двоим принадлежали.
— Ты их запомнила?
— Сфотографировала, — с гордостью сообщила Катерина.
— Молодец!
— Учусь потихоньку. Раз уж мы затеяли участвовать в расследовании, надо же соответствовать.
Они внимательно изучили фотографию, на которой были запечатлены отпечатки следов, которые оставили ночные злоумышленники. Без всякого сомнения, следы принадлежали мужчинам.
— Пойдём по посёлку, по домам? Будем заходить и проверять у всех обувь?
— Пусть этим полиция занимается. У них скорей получится найти нужный ботинок. И вообще, если преступники не круглые дураки, то они давно уже от приметной обуви избавились. Сожгли или утопили в каком‐нибудь водоёме.
— Я слышала, как эксперт сказал, что на теле не имеется видимых повреждений.
— Да, никакой крови или ран. Никаких видимых увечий.
— Но отчего‐то же она умерла.
— Ну… Её могли задушить или отравить.
— А не могла ли она утонуть? — внезапно произнесла Катерина.
— Утонуть? Где?
— В озере или в речке. Или в чьём‐нибудь колодце.
— А почему ты вообще заговорила про воду?
— Её волосы, — загадочно произнесла Катерина. — У неё они были довольно длинными.
— И что с ними такое? Они не были влажными.
— Да, но они у неё завивались кудряшками. И высохли они так, словно она их после того, как намочила и высушила, не удосужилась причесать.
— Она могла вымыть голову и сразу после этого умереть.
— Нет, не могла.
— Она уже умерла.
— Я имею в виду, что она не мыла голову перед тем, как умереть. Она её вообще не мыла. В голове были песчинки и другой мусор. Её голова выглядела так, словно её окунули в илистую воду, а потом уже мёртвой извлекли и волосы так сами по себе и высохли. Если бы волосы высохли, пока она ещё была жива, то женщина постаралась бы привести их в божеский вид. И ещё я заметила пушинки рогоза. А он растёт только возле воды.
— И где у нас в окрестностях растёт рогоз?
— Много где. Например, на Необитаемом острове его полным-полно. Но и в других местах он тоже растёт.
Но Светлана считала, чем бродить по округе в поисках мест произрастания рогоза, будет куда продуктивней заняться другими вещами.
— В случае с покойником, которого нашла Оля у себя на клумбе…
— Его волосы тоже казались как после купания.
