Композиция была решена интересным образом. Море красных тюльпанов бушевало вокруг одного-единственного, но зато огромного валуна. Видимо, за счёт того, что камень днём аккумулировал тепло, а ночью щедро делился им с теми, кто рос рядом, тюльпаны тут благоденствовали. Присмотревшись, Катя поняла, что тут собрано несколько сортов. Все цветы были красными, но у одних цвет был ярче, а у других более приглушён. И оттенки тоже рознились, благодаря чему даже в тихую погоду создавалось полное впечатление волнующегося моря с его игрой цвета и света.
— Очень красиво, мне нравится, — сказал Николай Трофимович, словно сам удивляясь своим словам. — Даже не ожидал, что вы так сможете. И статуя ещё. Она тоже очень к месту. Этакая дива посредине огненного моря. Статуя прекрасна. Неужели натуральный камень?
— Статуя? — удивился хозяин. — Какая статуя?
— Ну, не статуя, скульптура. Вон она у вас, на камне.
Все проследили взглядом за рукой Николая Трофимовича и увидели, что на вершине валуна и впрямь видна фигура женщины. Стройное тело, длинные волосы спускаются на грудь. Левая рука целомудренно прикрывает живот.
— Изысканно. Что за материал? Какой‐то пластик?
Хозяин молча покачал головой. Вид у него был оторопелый.
— Гипс? — предположил Николай Трофимович. — Не мрамор же, в самом‐то деле!
И так как хозяин участка продолжал хлопать глазами, председатель жюри нахмурился:
— Что с вами? Вы до сих пор ещё не проснулись, что ли?
— Я не знаю!
— Ваша статуя, а не знаете, из чего она. Удивительно.
Взглянув на жену, а потом снова на своих гостей, мужчина произнёс чуть громче:
— Я не знаю, откуда эта фигура тут вообще взялась!
— То есть статуя не ваша?
— Нет! Ещё вчера тут ничего не было. Голый камень. А под ним цветы. Лаконично и просто.
— Странно, кому же понадобилось украшать статуей ваш участок? Вы ничего не путаете?
Катерина уже давно стояла рядом с камнем, разглядывая его.
— Фигуру принесли сюда совсем недавно, — сказала она. — Вот следы на земле. Они появились тут недавно. Плюс рядом с ними цветы сломаны. И сломы на тюльпанах опять же совсем свежие. Сок ещё не перестал из них течь.
И она указала на безжалостно помятые и вытоптанные тюльпаны. Впрочем, с парадной стороны их совсем не было. Так что композиция выглядела идеально. Поверхность камня была слегка скошена, так что со стороны зрителей фигуру на камне было почти не видно. Только зоркий глаз Николая Трофимовича, привыкшего по своему долгу председателя цветочного жюри высматривать все детали цветочных композиций, сумел с первого взгляда заметить её.
— Не понимаю, кому пришла в голову такая нелепая мысль украшать мой сад таким образом. Я никого о помощи не просил.
— Может, это подарок к нашей годовщине свадьбы? — растерянно предположила Мила. — Вчера был ровно год, как мы женаты. Потому мы и находились в городе. Но кто мог сделать нам такой подарок? Мы не просили.
— Более того, по нашим правилам это недопустимо, — сказал Николай Трофимович. — И теперь, боюсь, я буду вынужден вас дисквалифицировать. Участвовать в конкурсе могут лишь жители посёлка и те, кто проживает с ними вместе. Раз вы не знаете, кто принёс вам данный подарок, значит, вы выбываете.
— Из-за какой‐то дурацкой статуи, которая даже не наша?
— Именно!
— А я так вообще не уверена, что это статуя, — сказала Светлана, которая уже успела подняться на камень и осмотреть всё, что на нём было. — Верней, я уверена, что это совсем не статуя.
— Что же это такое?
— Тело. Живое человеческое тело. То есть уже не совсем живое. А если уж совсем точно, то совсем неживое, то бишь мёртвое.
Фотограф Костя, который как раз в этот момент делал снимок, выронил камеру из рук, услышав слова Светланы. Какое‐то время все смотрели на неё, силясь в полной мере осознать смысл сказанного ею. А потом рот Николая Трофимовича как‐то странно перекосился, глаза у него закатились, а сам он тихо и кротко опустился на траву, так и оставшись лежать среди тюльпанов, словно внезапно решил вздремнуть среди цветочков, которых столь нежно любил.
Разумеется, чуть позже прибыла полиция. Куда же без неё? Если имеется какое‐нибудь мёртвое тело, то вскоре возле него непременно появляется и полиция. Помимо уже знакомого подругам следователя, вместе с ним прибыл ещё один. Новый следователь держался да и выглядел куда солидней предыдущего. Было понятно, что делу присвоен статус повышенной серьёзности. И в помощь молодому коллеге прислали более опытного товарища.
Но что у вчерашнего следователя, что у сегодняшнего вопросов к подругам не возникло. Все вопросы были заданы Николаю Трофимовичу, который к этому времени уже совершенно пришёл в себя, сидел на травке и бодро давал показания. Рядом с ним маячил хмурый Костя, который уже по опыту вчерашнего дня знал, что канитель эта надолго. А значит, что и сегодня они не смогут подвести итоги конкурса первоцветов.
Об этом он так прямо и сказал подругам:
— Вас пока не тронули, вы уходите. А то приятного мало их бумажки да протоколы подписывать.
