Так было не всегда. Застроенная в 1923–1943 годах в стиле ар-деко южная часть Майами-Бич к 1970-м годам пришла в разруху и упадок, и населяли ее к тому времени преимущественно престарелые евреи-пенсионеры. В начале восьмидесятых (спасибо Фиделю Кастро) в Майами хлынул поток беженцев с Кубы на лодках, массово прибывавших туда из порта Мариэль, — но вот беда: среди беженцев было немало уголовников и маргиналов. Обветшавшие заколоченные дома быстро превратились в наркопритоны, и преступность сразу же выросла на 30 %. Но тут в 1984 году на выручку пришли телевизионщики со ставшим настоящим хитом телесериалом «Полиция Майами: отдел нравов»[73], где во всей красе показывались красоты пляжа, как кратко называют южнобережную часть Майами-Бич местные жители. Участки с недвижимостью вдоль набережной стоили дешево, и кое-кто из девелоперов и богатые геи принялись по-быстрому приводить район в порядок. Чем дальше шел показ «Полиции Майами», тем моднее становились улицы, а ко времени начала показа сериала по всей Европе район Южного пляжа стал смотреться настолько круто, что в немецких модных журналах и каталогах стали снимать своих моделей чуть ли не исключительно в сливочно-золотистом освещении, льющемся со здешнего неба на заросли экзотической флоры вокруг роскошно обставленных притонов. Глория Эстефан с мужем Эмилио и горячими-прегорячими латиноамериканскими ритмами их группы
Версаче давно заприметил южную оконечность Майами-Бич в качестве выигрышного по стратегическому месторасположению курорта, о чем он рассказал еще в 1993 году в пышно изданных «Историях Южного пляжа»[74]. В последние годы Майами стал превращаться в столицу рынка сбыта всего, что только могла поставлять в США Латинская Америка, плюс к тому там открывались прекрасные возможности для осаждения вырученных средств на законных банковских счетах. Многие считают, чувствуя это буквально нутром, что сам факт того, что в этих местах обосновался Версаче и ему подобные, немало поспособствовал легализации доходов.
«Версаче впрыснул сюда огромную дозу гламура, — говорит Тара Соломон. — Каждому новому городу в юности нужен ментор-наставник. Версаче таковым и стал для нас». Версаче впервые посетил район Южнобережного пляжа в 1991 году под Рождество, по пути на Кубу, где собирался провести каникулы. К тому времени многие члены европейского модно-светского общества уже стали проводить рождественские праздники на Южном пляже. Крошечная гостиница
Одним из привлекательных моментов для бомонда — помимо шеренг отборных красавиц и красавцев по всему периметру зала — было полное отсутствие приставучих журналистов из таблоидов. «У нас же тут короткая память, и люди, которые в других местах постоянно привлекают всеобщее внимание, у нас на Южном берегу могут вздохнуть спокойно, расслабиться и просто побыть самими собой в шикарной, но непринужденной обстановке, — говорит Каналес. — Тут, как орнитологу, высмотрев редчайшую птицу, важно не спугнуть ее излишним вниманием. Невмешательство в частную жизнь им было гарантировано».
Том Остин вспоминает: «Когда я только начал освещать приезды сюда знаменитостей, им казалось, будто они куда-нибудь в Никарагуа попали». Но затем в январе 1992 года журнал
