– Кляйнцу, казалось, было все равно. Чуть-чуть неприятно. Но это глупо, прости. Если бы Кляйнц занимался этим, это бы все рано или поздно вскрылось. Зачем ему такие риски? Зачем так подставлять себя? Рушить собственную карьеру? И во имя чего? Ведь он на сделке не заработал миллионы. Скорее наоборот, кто-то намеренно подставил его.
Биттерфилд завел машину.
– Я отвезу тебя в офис. А затем мне нужно проехать в фирму «Быстрое яблоко». Посмотреть, что к чему.
– Я уже была там вчера.
– Была? Зачем?
– Хотела узнать об объеме их склада. Он скорее всего временный, таких заказов у них больше не будет. По крайней мере, мне так сказал хозяин фирмы. Он работает вместе с женой. Он еще сказал, что сам не знает, как она уговорила немцев на такой заказ. Но постой, зачем тебе сейчас заниматься нашими проблемами?
– Ваши проблемы могут быть как-то связаны с моими проблемами.
Когда Биттерфилд подъехал к так называемому крошечному офису, расположенному в крупном складском здании, то он заметил активность. По дороге от задней части склада постоянно ездили туда-сюда грузовые машины. Дела у маленькой фирмы действительно шли хорошо.
Он припарковал машину и стал следить за офисом дальше. Поначалу ничего не происходило, только грузовые машины приезжали и уезжали. Затем приехала легковая машина с женщиной и мужчиной, похожими на пару. Но они не были похожи на тех владельцев фирмы, что описала Наташа. Вскоре они вышли из офиса, очевидно, с накладными, сели в машину и уехали – это были клиенты. Ближе к обеду к зданию подъехал дорогой автомобиль BMW Х5. За рулем его сидела блондинка лет тридцати. Когда она вышла, оказалось, что это была очень невысокая женщина, но она была нарядно одета в дорогие необычные вещи, да так вычурно, как будто изо всех сил пыталась подчеркнуть свой статус. Ставя автомобиль на сигнализацию, она обернулась, и Биттерфилд увидел ее лицо. Он узнал ее.
Наташа решила сделать перерыв и спустилась вниз, в коридоре у кофейного автомата ей встретился Виргенс. Он был в самом благом расположении духа, обрадовался встрече с ней, был рад компании.
– Ох, Наташа, цветешь и пахнешь!
– Виргенс, ну что ты.
– Налить тебе кофе?
– Конечно! Слушай, давно тебя хотела спросить: а почему переговоры часто без тебя проходят? Почему в этот раз тебя не было?
– С кем именно?
– С «Lecker».
Виргенс засмеялся, казалось, факт упоминания этих переговоров его совсем не тронул.
– Да что я там забыл? У меня нагрузка, я занимаюсь еще брендами. Если я как руководитель еще на все переговоры буду ходить, совсем ночевать здесь буду. Перкинс пусть ходит, она ничем больше не занимается, кроме этого.
– Поняла.
– Ты откуда сегодня приехала такая красивая?
Наташа покраснела и оглядела себя: вроде бы ничего не было помято или порвано, а все равно стало неловко, ведь она не заезжала домой, пришла в том же, в чем была и вчера.
– Как откуда… Из дома.
– Как у вас дела с Вуковичем? Это мой старый друг, кстати говоря.
– Да как у меня дела с ним? – Наташа неловко рассмеялась. – Мы не общаемся особо, кроме как пор работе.
– Да? – Удивился Виргенс. – А в понедельник он приезжал в офис, искал тебя.
Наташа почувствовала, как задрожали колени, а в глазах все помутнело.
– Как это? Ты не путаешь? Он ведь вчера приезжал.
– Насчет вчера не знаю, но знаю точно, что в понедельник днем он искал тебя. Мы завели его в твой кабинет. Он так ждал тебя, сидел на твоем месте.
– А я где была? А я была на обеде!
Наташа ощутила еще большее головокружение.
– С тобой все в порядке? Пойдем присядем. Слушай, нельзя же так пугать. У нас и так всех сотрудников подкосило: Луиза, Джейн, Грег, не хватало еще тебе заболеть.
Он усадил ее в кресло около входа и пошел к автомату, купил ей воду. Наташа почувствовала, что ей стало лучше, но она не знала, как вежливо отделаться от него, чтобы позвонить Биттерфилду.
– Виргенс, мне лучше. Но я должна кое-кому позвонить.
Наташа подняла свой телефон и приложила его к уху.
– В понедельник здесь был Горан. Он сидел на моем месте. Ты уверен в этом? Это точно нужно? Ну что ж, хорошо. Пока!
Наташа слабо улыбнулась Виргенсу. Неужели все скоро закончится? Весь кошмар, что длился столько дней, ужас, в который волей-неволей засосало и ее – всему настанет конец?
Вскоре Наташа вернулась к себе в кабинет, где, сев перед компьютером, долго не могла решиться на что-то очень важное, что-то, что она пообещала Биттерфилду. Кажется, теперь не просто Биттерфилду. Своему Биттерфилду. Как это было странно! Не так давно он держал ее в тюрьме, бесконечно допрашивал, а теперь указывал, что ей делать, и она… повиновалась! Лишь бы все и дальше шло так же гладко, лишь бы в ней не проснулся чертов протест, из-за которого она все разрушит!
Наташа наконец набралась смелости, взяла телефон и стала писать Горану Вуковичу.
«Давай все-таки поужинаем вместе. Я ведь вчера так и не сказала «нет». Это инспектор испортил нам вечер.»
Вскоре Горан ответил радостными смайликами.
«С большим удовольствием. Я заеду сегодня в шесть часов за тобой?»
«Да! А я постараюсь побыстрее сбежать с рабочего места, а то вдруг опять на допрос заберут!»
