Убийство Принца Тени полностью

– Нет… – выдохнула она, и маленький кусочек головоломки встал на свое место.

– Я позову целителя, – вмешалась Эдриенн хриплым голосом.

– Это в прошлом. – Дрю наклонилась, и ее нос коснулся щеки Талемира. – Ты должен изменить облик, Воин Меча, – прошептала она. – Я думаю, единственный способ победить это… Единственный способ выжить и побороть яд. … Это вернуться в твой прежний облик…

Тихий стон боли сорвался с губ Воина. Она крепче прижала его к себе.

– Талемир, – прошептала она ему на ухо. – Ты должен принять себя таким, какой ты есть, если хочешь жить. Возможно, это самая сильная сторона твоей натуры, но не единственная…

У нее перехватило дыхание, и, опустив глаза, Дрю увидела, как от кожи Талемира расходятся тени.

Сначала едва заметно, как шепот, а затем словно распускающиеся цветы, наполненные силой.

– Дрю… – предупредила Эдриенн, стоявшая рядом.

– Все в порядке, – сказала она, сжимая Воина Меча в руках. – С тобой все в порядке.

Тьма струилась из Талемира, из его пальцев с острыми когтями, из груди в тех местах, где жнец пронзил его сердце.

Но Дрю не боялась. Ее не страшили ни Воин Меча, ни дух и ни тьма, окутавшая ее, словно клубящийся черный туман.

Тени затрепетали на ее коже, нежные, как вздох перед поцелуем. Они танцевали вдоль ее костей, мягко гудели в груди и играли с волосами, игривые и мягкие, грациозные и теплые.

И когда ленты тьмы рассеялись, крылатый Воин Меча опустился перед ней на колени.

Талемир Старлинг сразил больше врагов, чем мог сосчитать. Он сталкивался с воплощенными кошмарами и стал самой тьмой, и все же, когда он встретился с Дрю после того, что сделал… Его сердце дрогнуло.

Сердце Талемира Старлинга дрогнуло.

Красивое лицо Дрю окаменело, и Талемир, несмотря на все, что только что произошло между ними, приготовился к другой битве.

Девушка гневно скрестила руки на груди, несмотря на слезы, катившиеся по ее щекам.

– Итак, ты вернулся.

Талемир поморщился от резкости ее слов, но не мог винить ее за это. Он ушел и оставил ее одну с ужасами этого мира.

– Прости меня, – сказал он, все еще стоя на коленях.

К этому времени все наарвийские войска вышли из своих палаток, уставившись на него. Разглядывали крылья, сложенные за его спиной, разглядывали крылатого Воина, стоящего на коленях перед рейнджером. Они собрались вокруг на безопасном расстоянии, перешептываясь между собой, но, похоже, понимая, что это касалось только Дрю.

– Я совершил ошибку, – сказал он.

– Несколько, – огрызнулась Дрю.

– Несколько, – согласился он.

Ему хотелось протянуть руку и дотронуться до нее, заключить в объятия и заверить, что он никогда больше не сделает ничего подобного. Но эти его поступки обожгли ее. Теперь он понял, что пришло время для слов.

– Почему? – спросила Дрю. – Почему ты вернулся?

– Потому что больше всего я хочу сражаться на твоей стороне, хочу защитить твой дом. Если ты отправляешься в глубины тьмы, я пойду с тобой.

– Ты хотел и ушел. Когда стало трудно, ты ушел. Почему я должна верить тебе сейчас? Почему…

– Потому что я люблю тебя.

Слова лились из него легко, это был самый естественный ответ на свете, самая откровенная правда, которую он мог ей предложить.

Дрю моргнула, и Талемир услышал, как у нее перехватило дыхание.

– Что?..

Разве она не знала? Он практически признался ей об этом раньше.

– Я твой, – сказал он. Но потрясение на ее лице убедило его в обратном, подсказывая, что он должен был признаться ей в любви в ту же секунду, как всепоглощающее чувство расцвело в его разбитой груди.

Не обращая внимания на остальных, он сжал ее руки в своих.

– С того момента, как я встретил тебя, я чувствовал, что парю. С тобой у меня под ногами нет земли, нет перил, за которые я мог бы ухватиться, и какое-то время я боролся с этим изо всех сил… Но не более того. Я отпустил себя. И, Дама Огня, – это нечто большее, чем я мог себе представить. Я не влюбился в тебя: я воспарил над землей от любви к тебе, став сильнее, чем когда-либо прежде. – Талемир судорожно вздохнул, обнажая душу так, как никогда раньше. – Я люблю тебя вопреки всему.

Дрю уставилась на него, не выпуская его пальцев.

– Если этого недостаточно, – выдавил он, наклоняясь, чтобы вытащить кинжал из ножен в сапоге, и, опустившись на одно колено, вложил его в ее руки, – тогда вырежи мое сердце, Дама Огня. Оно твое.

Крылатый Воин Меча стоял перед ней на коленях, предлагая ей свое сердце. На глазах у всех.

В свете тлеющего костра его красивое лицо было искажено грустью, карие глаза отливали серебром.

Толпа, словно почувствовав, что происходящее перед ними не представляет угрозу, рассеялась, оставив ее наедине с Талемиром.

Дрю хотелось разозлиться на него за то, что он бросил ее, за то, что разбил ее сердце на миллион кусочков, но сейчас он был здесь, и не было никаких сомнений – он ясно дал понять: его сердце, наполненное тенями, принадлежит ей.

Она медленно выдохнула, осознавая, что происходит. Ее собственное сердце, наполненное тьмой, тоже принадлежало ему.

Дрю подняла Талемира на ноги. Воин снова возвышался над ней, склонив к ней голову.