– Вижу, – ответил тот. – Я уже ухожу. Просто пришел сообщить тебе плохие новости. Она передала, что ты больше не участвуешь в деле и я займу твое место. Так что дай мне ключ от задней двери. Она сказала, что он у тебя при себе. Ах да, и мобильный телефон. Здесь он тебе не понадобится.
Глаза толстяка буквально заполыхали от ярости.
– Меня скоро отпустят. Вот только сделают операцию и наложат гипс. И нет проблем. Скажи ей, что завтра я вернусь к работе.
– Ты меня не слушаешь, приятель, – с самодовольной жизнерадостностью ответил мальчик на побегушках. – Ты все испортил, а она не дает второго шанса. Только подумай, жертва стояла беспомощная на мосту и в итоге ушла без единой царапины, а ты оказался в больнице. Какой позор! Погоди, вот я расскажу всем в пабе!
Кровяное давление толстяка подскочило до опасной отметки.
– Она наткнулась на меня как раз в тот момент, когда я собирался сделать свое дело!
– Она наткнулась на тебя! – передразнил его мальчик на побегушках. – Вот что получается, когда нанимаешь рабочую силу, у которой мозги набекрень. Что касается меня, то я техник. И знаю все об электричестве, газе и водопроводе. Устрою небольшую аварию с газом. Такое случается постоянно. Просто почитай газеты через пару дней, хорошо? – Он протянул руку: – Ключ, пожалуйста.
Толстяк попытался схватить свою куртку, но мальчик на побегушках успел раньше. Порывшись в карманах, он выудил связку ключей, на которой в том числе висел одинокий и старомодный, и мобильный телефон.
Толстяк понимал, что не сможет спорить с
– Пока, неудачник! – бросил мальчик на побегушках.
Насвистывая, он направился к выходу из палаты. Пожалуй, заодно он прихватит автомобиль толстяка. Он знал, где мог бы спрятать его на несколько дней. В выходные покатает на этой большой машине подружку, чтобы произвести впечатление… а потом перепродаст. И толстяк ничего не сможет с этим поделать.
Элли сидела на кухне и пила чай, чашку за чашкой. В духовке тихо шипело мясо с жареным картофелем и пастернаком. Она была полна решимости питаться как следует. По обвисшей на талии юбке Элли поняла, что за последнее время похудела. Не успеет она опомниться, как окажется в больнице, как тот несчастный мужчина сегодня на мосту.
Проблема в том, что проблем навалилось слишком много, и она не знала, как справиться ни с одной из них.
Когда Элли вернулась, на автоответчике ее ожидало ужасное сообщение от тети Друзиллы. Она продолжала прокручивать его в голове. Возможно, тетя Друзилла права, и Элли действительно эгоистка, которая думает только о себе и ни на минуту не беспокоится о том, чего бы хотел от нее муж.
Отчасти это было правдой. Элли думала о себе, и ее внутренняя реакция на требования тети Друзиллы заключалась в том, что, по крайней мере в данный момент, Элли не могла вынести эту женщину.
Она подумала, что если хотя бы попытается, то не выдержит и расплачется.
Что же касается тех колких замечаний о том, что Фрэнк был не в своем уме, когда составлял завещание, и что Элли явно повлияла на него… Элли не понимала, о чем говорит эта… милая старушка.
В сотый раз она подошла к окну и выглянула наружу. Машина Кейт стояла на месте. По листьям на ветровом стекле и крыше Элли поняла, что с утра девушка никуда не уезжала.
Арман вернулся очень тихо. Не прошло и часа, как он снова куда-то ушел. Элли надеялась, что он отправился в полицию, чтобы поддержать жену. Что ж, надежда умирает последней. На самом деле Элли не думала, что он туда пошел. У нее начали возникать неприятные предчувствия по поводу этого брака.
Она еще раз прокрутила в голове собственный разговор с полицией. Они были рады, что она пришла. Даже предложили ей чашку чая. Инспектор, с которым она встречалась ранее – как выяснилось, его зовут Клэй, – выслушал, как Элли в сумерках видела бегущую по переулку в сторону парка Кейт. Где-то в районе пяти часов вечера. Элли не могла вспомнить точнее. Она действительно не обратила внимания на время.
Нет, Элли не могла припомнить, чтобы видела что-то еще, хотя много думала об этом. Нет, она не видела ни Ферди, ни его стычку со священником, ни ссору с Кейт.
