Убийство в Café de flore полностью

Алекс попытался хотя бы немного изменить положение затекшего тела. Вместо этого, сделав неловкое движение, завалился на другой бок. Пришлось приложить усилия, чтобы снова сесть и облокотится о стену. По-прежнему болела и слегка кружилась голова. Его не кормили. Видимо, похитители решили, — зачем переводить еду, если жертву все равно нужно убить. На полу стояла миска с водой, и чтобы утолить жажду, Алексу приходилось наклоняться и пить как собаке. При чем — в худшей позе. Было очень неудобно, он с трудом проделывал сложные движения телом и разливал воду. «Спасибо, что индиец на цепь не посадил, — подумал он про себя и усмехнулся. — Сжалился — кляп не вставил, повязку с глаз снял. Грех жаловаться».

Почему-то он снова вспомнил посещение епископа. На протяжении всего своего пребывания во Франции, Алекс время от времени мысленно возвращался к той сцене — беседе с Его Преосвященством.

Он вспомнил, как изменилось выражение лица епископа, когда на замечание Владыки о занятиях даосскими практиками, Алекс зачитал цитату из неканонического Евангелия от Фомы: «Когда вы сделаете двоих одним, и …когда вы сделаете глаз вместо глаз, и руку вместо рук, и ногу вместо ног, образ вместо образа, тогда вы войдете в царствие».

Он попросил епископа объяснить ему, «недостойному рабу Божьему», смысл этого высказывания Христа, над которым уже не одно столетие бьются отцы церкви. Загадка многих фраз из этого Евангелия будоражит умы священников, но никто не смог объяснить их пастве. Не поэтому ли под запретом Евангелие от Фомы?

— А Вы, отец Алексий, поняли смысл этого высказывания? — спросил тихо епископ и пристально с любопытством посмотрел на него.

— Да. Для этого мне понадобились годы занятий духовными даосскими практиками. Первые христиане, наследовавшие истинное Учение Христа использовали похожие практики в своем духовном развитии. Например, «столб» — стоячую медитацию. Известны Иоан-столбник, святой Дионисий на Дивной горе и их последователи. Именно поэтому христиане до сих пор стоят во время службы.

Епископ опустил глаза вниз, а его густые брови сдвинулись к переносице. Алекс был удивлен, когда услышал короткое: «Продолжайте».

Мягко, стараясь не задеть чувства Его Преосвященства, он высказал свои мысли. Желая быть не многословным, прямо сказал, что Учение Христа во многом утеряно, и только такое же истинное древнее Учение, как даосское, может пролить свет и даже помочь Христианству. Ведь институт религии ничего не имеет общего с Учением Христа. Как не имеет ничего общего машина, бездумно движущаяся за счет шестеренок и винтов, с разумом своего изобретателя. Духовные практики — «узкий Путь», но только он, по его мнению — истинный.

— Разве не об этом говорил Христос? В том же Евангелие от Фомы он говорил ученикам: «Есть свет внутри человека света, и он освещает весь мир. Если он не освещает, то тьма». И разве не в этом суть медитации — прийти к Свету, первоисточнику всего сущего? Началась Новая эра — чистого Учения.

— А крест, на котором распят Иисус для Вас, отче, что-нибудь значит? — спросил епископ хриплым голосом.

— Кнечно, Владыка. Он обозначает многое. Например, — «человек, принимающий энергию Неба и Земли, который станет бессмертным, другими словами — «столб». Или «Раскрытие цветка лотоса» — божественную практику. Даже смертью своей Христос показал, что нужно делать, чтобы достичь Царствия Небесного, которое внутри у каждого есть. Воскресение Его — подтверждение этого Учения. Разве не об этом говорили апостолы? — Он посмотрел на епископа. Тот сидел, не шевелясь, и слушал его. Алекс подумал: «Будь, что будет» и продолжил:

— Кстати, китайский иероглиф «человек» рисуется из трех элементов: Небо — в виде дуги, символизирующей полную Чашу, Земли — в виде перевернутой дуги. Между ними изображается крест — символ человека, раскрывающий свой Цветок Лотос, для принятия энергии двух начал. Перевернутая нижняя земная Чаша — карма, выливающаяся на него прошлыми деяниями. Именно это пытался донести до человечества Христос.

Епископ сидел какое-то время неподвижно в той же позе, опустив голову и молчал. Он не произнес ни слова даже тогда, когда поднялся, чтобы уйти. Алекс мельком увидел его странное выражение лица, словно Его Преосвященству сообщили о смерти близкого человека. Он направился к выходу, не оглядываясь. Алекс понял, что только что разрушил веками сколоченную религией крепкую схему Христианства.

«Если удастся милостью Всевышнего выйти из этого подвала, придется снова каяться в своих грехах епископу. Что я скажу на исповеди? Прости, Господи, что мало молился, мало медитировал, в суете детективных расследований проводил время свое, взламывал замки, проникал в чужие церковные владения, крал то, что мне не принадлежит, хотя и ради блага других? Дай Бог, чтобы еще убийцей не стать, ради спасения своей жизни» — и отец Алексий усмехнулся, перекрестившись мысленно.