Она направилась к полковнику. Тот отмахнулся, но женщина проигнорировала жест и постучала его по спине.
– Вы подавились? – спросила она, стараясь перекричать кашель.
Мужчина покачал головой и с усилием поднялся из-за стола.
Услышав просьбу мисс Эверли, Флоренс Уотт тут же побежала в дальний угол зала: там стояли кувшин с водой и стаканы. Она быстро наполнила один из них и вернулась.
Полковник обеими руками схватился за горло. Я никогда не видела, чтобы у кого-то изо рта шла пена, но сейчас происходило именно это.
– Тедди! – вскрикнула его жена и тоже вскочила.
– Он подавился, – сказала мисс Эверли. – Я попробую прием Геймлиха.
Меня охватило чувство беспомощности: я хотела помочь, но не знала как. Я собиралась встать со стула и, может, ослабить воротник мужчине, но Рейф накрыл мою ладонь своей.
– Оставьте его. Ему уже не помочь.
Мисс Эверли обхватила мужчину и с удивительной силой надавила кулаками на диафрагму. Изо рта полковника вырвались воздух и пузыри, после чего он осел на пол, увлекая за собой мисс Эверли.
Бесси Янг прошептала что-то своей подруге. Та без особого энтузиазма поднялась и подошла к столику, рядом с которым бился, хватая ртом воздух, полковник.
– Отойдите. Я врач.
Женщина выглядела так, словно жалела, что в свое время выбрала медицину и теперь лишилась возможности спокойно выпить чаю.
– Тедди, что с тобой?! – охнула жена полковника.
Врач обратилась к мисс Эверли, которая не без труда встала на колени:
– Помогите мне перевернуть его на бок.
Затем она повернулась к жене полковника:
– У него эпилепсия?
– Нет, в нашей семье такого никогда не было.
– Проблемы с сердцем?
Женщина заплакала, заламывая руки.
– Быстрее! У него есть заболевание, о котором мне следует знать?
– Нет. В прошлом году у него был инсульт, но врач сказал, что не слишком серьезный.
– Вызовите скорую! – скомандовала врач.
Она расстегнула рубашку полковника и что-то сделала – я не увидела, что именно, но кашель прекратился. Его жена, казалось, с трудом осознавала происходящее.
– Он пьет лекарства от давления, – пробормотала она. – В остальном его здоровье в полном порядке.
Врач с сочувствием посмотрела на женщину. Она закрыла собой мужчину от посторонних глаз, но было видно, что он словно сжался.
– Вынуждена сообщить, ваш муж серьезно болен.
Рейф наклонился ко мне и прошептал:
– На самом деле он мертв.
Спустя несколько минут стало очевидно, что Рейф прав. Полковник перестал кашлять и биться в припадке и замер. После всеобщей паники в зале вдруг воцарилась неестественная тишина. Все смотрели на мужчину.
Несколько посетителей встали из-за столиков, но никто не знал, что делать. Врач повернулась к взволнованной жене и сказала:
– Мне очень жаль, но вашего мужа больше нет.
– Нет? Но вот же он, здесь лежит.
– Он умер. Искренне вам сочувствую.
Женщина молча уставилась на врача. Ее лицо сильно покраснело, затем смертельно побледнело. Она горько заплакала.
Мисс Эверли придвинула свой стул к рыдающей женщине и огляделась по сторонам.
– Мэри, принесите, пожалуйста, еще бокал шерри.
– Вы знакомы с врачом? – спросила я Рейфа. Он, как правило, знал всех в округе.
– Видел ее, но не общался. Это доктор Аманда Сильвестр. Она работает в клинике на Мэнсфилд-стрит.
Геральд Петтигрю встал с места; к чаю он практически не притронулся.
– Ужасная трагедия! Думаю, лучше всего оставить несчастного в покое.
Флоренс, казалось, не знала, как поступить: уйти с возлюбленным или поддержать сестру.
Доктор Сильвестр покачала головой:
– Всем нужно оставаться здесь до прибытия полиции.
Геральд выпятил грудь, собираясь возразить, но тут Флоренс вскрикнула:
– Полиции?!
Доктор поднялась на ноги.
– Боюсь, что да. Разумеется, нужно провести вскрытие, но, судя по всему, этот человек был отравлен.
Сестры Уотт обменялись взглядами, а затем, не раздумывая, направились навстречу друг другу и встали рядом.
– Отравлен? – перепросила Мэри. – Но мы соблюдаем санитарные нормы! Еду каждый день готовим свежую. Уверена, вы ошибаетесь. Его жена сказала, что он принимает лекарства.
Врач с сочувствием посмотрела на мисс Уотт, но спорить о причине смерти мужчины с владелицей чайной явно не собиралась. Она лишь повторила, что истину можно будет установить только после экспертизы.
Ситуация была совершенно ужасной. Посреди чайной лежал мертвый человек – словно метафорический слон в посудной лавке. Я бы отдала что угодно, чтобы здесь действительно оказался слон, а не мужчина, который мучительно умер прямо на моих глазах.
Я посмотрела на Рейфа:
– Как вы считаете, его отравили?
Он кивнул.
Эта мысль просто не укладывалась у меня в голове.
– Специально?
– Смею предположить.
– Но это значит, что его…
– Убили. Да, вероятно, так и есть.
Меня бросало то в жар, то в холод. Посетители начали перешептываться, и звуки их голосов перекрывал жалобный плач только что овдовевшей дамы.
