Иэн не перебивал меня, не направлял на нужную ему тему. Он лишь спокойно смотрел мне в глаза – словно все, что я говорю, было ему интересно. От этого мне стало как-то легче. Рейф, хладнокровный и собранный, своим видом тоже помог мне взять себя в руки. Я сумела отгородиться от окружающих звуков и постаралась сосредоточиться на том, чтобы помочь полиции вычислить преступника.
Я глубоко вдохнула и посмотрела на Бесси: она сидела на пару рядов впереди нас. Женщина была еще одним оазисом спокойствия среди всеобщего ужаса и хаоса. Я попробовала представить, что я на одном из ее занятий по йоге – в этом же зале вечером во вторник или субботним утром. Я вспомнила ее тихий, безмятежный голос: «Сейчас есть только вы и коврик». Я закрыла глаза и проиграла в голове все случившееся сегодня, словно фильм.
– Когда мы с Рейфом пришли в чайную, полковник и женщина, которую я посчитала его женой, уже сидели за столиком. Затем появились четыре дамы. Вскоре после этого – мисс Флоренс Уотт и ее… – я запнулась, подбирая верное слово, – друг. Они подошли к нам, мы немного поболтали. Затем они заняли столик у окна.
– По соседству с тем, где сидел полковник Монтегю.
– Да. Официантка Катя приняла наш заказ и ушла на кухню. – Я задумалась, не рассказать ли о ссоре сестер Уотт, но решила, что это не относится к делу. – Затем она вернулась в зал, чтобы обслужить мисс Уотт и ее друга. После этого девушку подозвал полковник Монтегю и отчитал за то, что ему подали не тот чай. Он сказал, что ему принесли фруктовый, а он заказывал… – Я остановилась. – Извините, об этом я уже говорила.
– Все хорошо. Лучше сказать что-то дважды, чем умолчать.
Иэн был таким собранным, поддерживающим, добрым. Я благодарно улыбнулась и продолжила рассказ:
– Катя забрала у него чай и мед, поставила и то и другое на столик Бесси и пошла на кухню. Она принесла мужчине другой чайник. Полковник пожаловался, что за это время успел съесть скон, но «Эрл Грей» принял.
– Он пил этот чай?
Я закрыла глаза. Мужчина был в поле моего зрения, но тогда меня не очень интересовало, попробовал какой-то старый ворчун чай или нет. Однако, сосредоточившись, я вспомнила его силуэт у окна. Я точно все видела.
– Да, пил. Он сделал глоток, поморщился и добавил сахар. – Я сделала паузу, вспоминая, в каком порядке все произошло. – Затем Катя принесла мисс Уотт и мистеру Петтигрю шампанское и чай.
– Вы знаете, какой чай они заказали?
– Флоренс Уотт попросила «Английский завтрак», а Геральд Петтигрю – «Эрл Грей». – Я вспомнила, как Флоренс нюхала чай. – Однако Катя перепутала их чайники, и они обменялись ими. – Я вздохнула. – Катя недавно устроилась официанткой. Она часто забывает номера столиков и путает заказы. Видимо, у нее нет опыта работы.
Иэн почти ничего не записывал – в основном слушал. Наверное, ему рассказали то же, что и я, уже раз пять.
– А вам принесли верный заказ?
Я с радостью ответила ему, что в нашем с Рейфом случае Катя ничего не перепутала, и перечислила, что мы взяли.
– К столику полковника Монтегю подходил еще кто-то?
– С ним общалась мисс Эверли. Она встала из-за столика, пожала ему руку и, кажется, поговорила с его женой. Больше никто – только Мэри Уотт. Она всегда интересуется у посетителей, нравится ли им в заведении, и, если не ошибаюсь, это она принесла паре счет. Но люди приходят и уходят, ищут уборные… Может быть, я кого-то не заметила.
– Пока полковник был в заведении, он не принимал лекарств?
– Нет. – Я покачала головой. – Но я не все время смотрела на него.
Мне было куда интереснее наблюдать за ссорой сестер Уотт.
– Вы видели, что он ел?
– Нет. Как я и говорила, он уже был в чайной, когда мы пришли. До скандала с чаем я почти не обращала на него внимания. Однако, когда Катя принесла ему правильный чай, он сказал, что доел скон.
– Его точно обслуживала молодая официантка из Польши?
– Да. Но мы не уверены, что она из Польши.
– Прошу прощения?
Я поделилась с ним тем, как странно отреагировала Катя, когда Рейф заговорил с ней на польском.
Иэн посмотрел на нас обоих, а затем повернулся к Рейфу. Тот выглядел отрешенным и, казалось, немного скучал.
– Вы знаете польский язык?
– Да. Пожалуй, не на уровне носителя, но для общения достаточно.
Иэн все еще смотрел на него с любопытством, поэтому вампир продолжил:
– Я интересуюсь языками. В том числе по работе.
Иэн взглянул на Катю и ее брата: они стояли в углу и пили воду из бутылок. Их допрашивал полицейский в форме. Он заметил Иэна, и тот подозвал его к себе и попросил привести к нам Катю. Девушка посмотрела на Рейфа и что-то зашептала брату. Он кивнул, и оба подошли к нам. Катя выглядела мрачной и, кажется, напуганной. Ее брат, напротив, шагал так уверенно, что напоминал мне качков из спортзала, куда я ходила в Бостоне. Те вечно расхаживали с гордым видом, то и дело поднимали тяжеленные гантели и любовались на себя в зеркале. Я понимала, что они смотрят, правильно ли делают упражнения, но все же подозревала, что в основе бодибилдинга лежит нарциссизм.
