– Люси – девушка умная: быстро поняла, что нам лучше уйти из кухни.
– Мисс Свифт, вы к чему-то прикасались?
Теперь вспомнить это было сложно.
– Может, к двери на кухню, я забыла. Кроме этого – только к Мэри и Флоренс.
– Вы видели потерпевшего?
Мне пришлось сглотнуть комок в горле, и я с трудом подавила дрожь.
– Да. Видела.
– Вы подтверждаете слова мисс Уотт о том, что он мертв?
– Полностью.
Описывать сцену не хотелось – инспектор мог взглянуть на нее сам.
Мужчина вновь посмотрел на меня:
– Вы сказали, что входная дверь была открыта?
– Да. Пожалуй, я не придала этому особого значения, ведь обычно ее и не закрывают. Ну, когда чайная работает.
Полицейский перевел взгляд на сестер Уотт:
– Дверь долго была не заперта?
Мэри ответила:
– Насколько я знаю, ее не открывали с… – ее голос дрогнул, – прошлого убийства.
– Наверное, я забыла запереть ее, – сказала Флоренс. – Когда пошла на улицу искать Геральда.
– И вы уверены, что до того, как вы вышли, примерно в половине четвертого, она была закрыта на замок?
Флоренс осторожно взглянула на полицейского – словно студентка, которая боится завалить экзамен.
– Кажется, да. Я точно не помню.
Мужчина внимательно посмотрел на нее, но больше ей было нечего добавить.
– Кто еще сегодня был у вас в доме?
– Только Элспет Монтегю, – ответила Мэри. – Моя подруга.
Пришел Иэн.
– Сэр, взгляните на это, – сказал он.
Мужчина кивнул и поднялся со стула. Они с Иэном направились на кухню и на удивление быстро вернулись. Старший инспектор велел одному из полицейских выйти на улицу и подождать, пока прибудут судмедэксперты и фотограф. Затем он спросил:
– Вы уверены, что этот мужчина – Геральд Петтигрю?
Флоренс кивнула и едва слышно произнесла:
– Да…
– А когда вы видели его в последний раз, мисс Уотт?
– В смысле, живым? Прошлым вечером. Мы пошли на свидание: ужинали в милом ресторанчике над Музеем Эшмола. Геральд говорил, что, трапезничая рядом с мумиями, чувствует себя моложе.
По лицу женщины снова потекли слезы.
– Во сколько вы разошлись?
– Где-то в одиннадцать. Он проводил меня до дома. Да, я живу недалеко, но Геральд такой галантный и старомодный… То есть был таким. Я пригласила его переночевать, но… Ну, Мэри не очень хорошо относилась к нему, и он отказался. – Флоренс всхлипнула. – Может, останься он у меня, он был бы до сих пор жив!
Инспектор повернулся к Мэри:
– А вы когда в последний раз видели мистера Петтигрю?
Женщина опустила взгляд на ладони у себя на коленях – она непрестанно перебирала пальцами. Почему-то это напомнило мне, с каким неистовством она вязала, когда приходила ко мне.
– Я видела, как они возвращались домой, из окна второго этажа. Было часов одиннадцать ночи.
– Выходит, с одиннадцати часов ночи Геральда Петтигрю никто не видел?
– Я видела! – воскликнула я.
Все тут же посмотрели на меня. Я рассказала, что ранее этим днем заметила Геральда Петтигрю рядом с магазином.
– В котором часу это было?
Я ненадолго задумалась.
– Ровно в полдень. Как раз прозвонили колокола.
– Вы с ним говорили?
– Нет, он шел по другой стороне улицы. Я работала в магазине и удивилась, что он один: обычно он проводил время в компании мисс Уотт. У мистера Петтигрю была с собой книга, и она показалась мне библиотечной, потому что на обложку удачно упал свет, когда он взмахнул рукой.
– А вы помните, во что Геральд был одет?
– Клетчатая кепка, твидовый пиджак. На шее вроде как висел шарф. А еще на нем были шерстяные брюки – коричневые, ой, то есть серые! И черные ботинки.
– Какая вы наблюдательная!
– Геральд Петтигрю всегда одевался стильно, поэтому его наряд и привлек мое внимание. Он выглядел образцовым джентльменом на пенсии, – с легкой печалью произнесла я. – Щеголь. Так бы я его описала.
– Да, – вздохнула Флоренс. – Он так опрятно одевался. Так галантно себя вел!
Флоренс снова разразилась плачем. На этот раз Мэри даже не пыталась успокоить ее.
Инспектор повернулся к девушке-полицейскому.
– Так. Проверь местные библиотеки, узнай, был ли у Геральда Петтигрю читательский билет, и спроси, приходил ли он сегодня, чтобы взять или вернуть книгу.
– Есть, сэр, – кивнула та и ушла.
Появление фотографа, а вслед за ним и судмедэкспертов вызвало некоторую суматоху. Последними вошли двое мужчин с каталкой – вроде бы те же, что и в прошлый раз. Все это казалось столь знакомым, что мы, три женщины, присутствовавшие при обоих убийствах, ощутили кошмарное, давящее чувство дежавю. По крайней мере, я точно.
Для бедняги Флоренс Уотт это стало последней каплей. Когда она посмотрела на каталку и мешок для тела, то тут же сложила руки на столе и уронила на них голову. Я шепотом обратилась к инспектору:
– Можно я отведу мисс Уотт к себе? Возможно, стоит вызвать врача. Ей плохо от горя.
Мужчина кивнул:
– Только задам обеим дамам еще один вопрос. Не могли бы вы по очереди рассказать, что делали начиная с одиннадцати часов прошлой ночью?
Мэри Уотт не сводила взгляда с беспокойных ладоней на своих коленях.
– Когда Флоренс вернулась домой, мы перекинулись парой слов. Потом я легла спать. Проснулась где-то в семь утра, позавтракала и так далее. Затем пошла по магазинам.
– Во сколько?
