К дому она подъехала без пяти десять. Перед воротами стоял молодой полицейский в форме. Маё сообщила ему, в чем дело.
– Я в курсе. Пожалуйста, можете войти.
– Спасибо, но мне нужно подождать тут дядю.
– Если это тот, о ком я думаю, то он внутри.
– Уже?
– Минут десять как вошел.
– Да?
Маё быстренько прошла в ворота и открыла входную дверь. За ней, перед входом в кабинет, стоял еще один полицейский в маске. Увидев ее, он выпрямился.
На полочке для обуви Маё увидела две пары туфель. Одна пара, весьма поношенная, принадлежала, видимо, полицейскому. Другая, кожаная, была почти новая.
Маё, спросив разрешения у полицейского, заглянула в кабинет. Но Такэси там не оказалось.
– Брат покойного поднялся на второй этаж, – вежливо сказал полицейский.
– Спасибо.
Пока Маё шла по коридору, Такэси стал спускаться по лестнице. К ее удивлению, он был в траурном костюме.
– Дядя, ты же сказал, что мы встречаемся перед входом.
– Приехал немного раньше. Подумал, что ждать – зря время тратить. Ты же не против?
– Не против. Но вот твой траурный костюм…
– Что, странно выглядит? Вообще-то, родственники на поминальной ночи должны быть в трауре.
– Да не в этом дело; я спрашиваю, где ты его взял. Напрокат?
– Мой собственный. Ну хоть траурный костюм у меня должен быть?
– Где ты его держал?
Такэси хитро прищурился.
– Неважно где.
– Мне интересно, где все-таки.
– В камере хранения на вокзале. Чтобы не таскать с собой.
Маё показала на правую руку Такэси. В ней была маленькая сумка.
– Какая же ты придирчивая! Муж тебя возненавидит.
Такэси с раздражением открыл «молнию» на сумке. Маё не ожидала увидеть там конверт для траурного подарка.
– Может, лучше отдать тебе его сейчас? Я-то думал, что лучше вместе со всеми гостями на похоронах…
– Давай сейчас, спасибо.
Маё положила переданный Такэси конверт в сумку и вздохнула. При мысли о том, что теперь она должна принимать такие подарки, на нее снова нахлынула грусть.
Когда они вернулись к кабинету, полицейский выдал им по паре перчаток. Полиция не хотела, чтобы оставались лишние отпечатки.
Открыв дверь и войдя в кабинет, они огляделись. Там по-прежнему все было разбросано. Как и говорил Такэси, не бросалось в глаза, чтобы искали что-то конкретное. Несомненно, разгром учинили с единственной целью – симулировать кражу.
Тут Такэси выругался.
– В чем дело?
Он показал на книжную полку.
– Полиция забрала телефон с факсом. Брат часто звонил по нему, когда был дома.
– Точно. Он еще говорил, что опасается излучения от мобильного телефона.
– Наверное, не избавился от старых предрассудков. Я надеялся, что, если не отдадут его смартфон, можно будет посмотреть журнал звонков на факсе… – Такэси разочарованно поджал губы.
Маё подошла к книжным полкам. Ящики были выдвинуты, их содержимое валялось на полу. Она подняла лежащую среди прочего авторучку «Монблан». Кадзуми подарила ее мужу на десятую годовщину их свадьбы, а ответ получила, кажется, жемчужное ожерелье. Маё помнила, как они втроем ходили отметить это событие. За окном ресторана виднелся красивый ночной пейзаж. Подавали больших и очень вкусных жареных креветок, все было просто великолепно.
Потом она подобрала отцовские очки для чтения. Из-за астигматизма он обычно носил очки в круглой оправе, а этими пользовался только когда брался за книгу. В пенсне Маё впервые увидела отца незадолго до его пятидесятилетия. Она тогда остро почувствовала, что он стареет.
Маё взглянула на дядю. Тот стоял спиной к выходу во двор и оглядывал комнату.
– Ты что делаешь?
Такэси неторопливо скрестил руки на груди.
– Пытаюсь представить себе психологию преступника. Почему он так разгромил комнату…
– Как! – Маё нахмурилась. – Ты опять думаешь об этом? Не ты ли говорил, что он пытался представить все как обычное воровство? И сейчас все сначала? – спросила она тихим голосом, поглядывая на входную дверь. Полицейский оставался снаружи, но временами заглядывал в комнату.
– Слишком неумело, – пробормотал Такэси.
– Неумело?
– Неумелая попытка изобразить ограбление. Слишком сложно. Чтобы создать картину поиска ценных вещей, достаточно было устроить небольшой беспорядок на полках и в ящиках. Нет смысла переворачивать все.
– К тому же странно, что преступник не взял сберкнижки.
– Сберкнижки?
Маё напомнила Такэси, что вчера, когда она пыталась поднять с пола сберкнижки, ее остановил Когурэ. А сейчас эти книжки исчезли. Наверное, их забрала полиция.
– Действительно странно… Всем известно, что сейчас невозможно снять деньги, даже если есть книжка и личная печать. Необходимо подтвердить личность. Поэтому в последнее время воры не берут книжки и печати. Но маловероятно, чтобы в нашем случае преступник оставил книжки, потому что столь тщательно все просчитал. Он должен был их забрать, если хотел имитировать ограбление. Не понимаю также, почему он не приготовил заранее орудие убийства; непонятно, чего он хотел. Точно ли он залез, чтобы убить брата? – Размышляя, Такэси подошел к Маё. – Решила, что положить в гроб?
– Да, предлагаю взять это и это. Ведь на том свете могут понадобиться письменные принадлежности и очки… – Маё достала из сумки ручку и очки.
