Маркус решил сразу начать с главного и без всяких вступлений спросил:
– Герр Штайн, где и при каких обстоятельствах вы видели Арину Чиолак последний раз?
Управляющий как будто подобрался. Облизал губы, затем налил в стакан воды из кувшина, стоявшего перед ним на столе, и залпом выпил, устроился поудобнее на стуле, потом отдышался и ответил:
– В тот вечер, в ту ночь… Ну, когда она, она… – Он шумно выдохнул и буквально выдавил из себя: – Перед тем, как ее убили, она была здесь, в клубе.
– Вы разговаривали с ней?
– Да, обсуждали кое-какие рабочие вопросы. Около часа ночи Арина ушла домой. По крайней мере, она так сказала. Я тоже вскоре ушел.
– Где и с кем вы провели следующую после этой встречи ночь?
– У себя дома. Один.
– Кто-то может это подтвердить?
– Нет, я же говорю: я был один.
Было заметно, что управляющему трудно говорить. Он начинал задыхаться, как после длительной пробежки, и каждые две минуты замолкал, чтобы отдохнуть и отдышаться.
Маркус начал задавать ему вопросы, не касающиеся убитой. Расспросил, много ли народу было прошлой ночью, сколько человек в среднем посещают клуб за ночь, как долго он здесь работает и тому подобное. Через двадцать минут непринужденной беседы Штайн немного расслабился, дыхание стало более ровным, и Маркус решил задать главный вопрос, но в дверь постучали, и вошел Тобиас.
– Шеф, я поговорил с официанткой и барменом. Оба работали в клубе в ночь убийства. Они рассказали, что убитая хозяйка клуба и управляющий герр Штайн в ту ночь страшно ругались, как, впрочем, все последнее время. Убитая кричала, что герр Штайн должен немедленно вернуть ей все деньги, которые она дала ему в долг, двести восемьдесят тысяч евро. В клубе весь персонал был в курсе, что управляющий, то есть герр Штайн, регулярно брал деньги из кассы, попросту обворовывая хозяйку клуба и по совместительству свою любовницу. Все деньги он спускал на игру. Герр Штайн – игроман, а также наркозависимый человек.
Тобиас выразительно посмотрел на Штайна. Управляющий сглотнул.
Тобиас продолжил:
– В какой-то момент ругань переросла в драку. Хозяйка клуба была в такой ярости, что набросилась на герра Штайна с кулаками. Охрана их быстро разняла. Это была суббота, и клуб был полон посетителей, такое представление оказалось абсолютно некстати. Ни для кого из персонала не было секретом, что убитая и герр Штайн были любовниками. Причем состояли в связи уже много лет.
Маркус Добберт напрягся и буквально сверлил глазами управляющего:
– Герр Штайн, почему вы скрыли свои отношения с Ариной Чиолак?
Управляющий налил еще один стакан воды и жадно выпил. Вытер рот рукой и уставился прямо перед собой, не мигая.
Маркус Добберт перевел взгляд на Тобиаса:
– Хорошо, это все? Ты уже всех опросил?
– Всех, кого было возможно.
– В смысле?
– Уборщицу допросить не представляется возможным. Два месяца назад она переехала из Молдовы в Германию, немецкого языка не знает, говорит только по-русски и по-молдавски. Надо вызывать ее в участок и допрашивать с переводчиком. Она пыталась что-то мне сообщить, жестикулируя, но, прошу прощения, пантомиму я не понимаю.
– Это все?
– Нет второго охранника, он уволился. Что самое интересное, в ночь убийства. Вернее, его выгнала хозяйка. Второй охранник, который был с ним на смене, рассказал, что вечером хозяйка ночного клуба набросилась на него и кричала, чтобы он немедленно убирался.
– Да, интересный выдался вечер. Сначала убитая подралась с управляющим, а затем с охранником. Ну, с управляющим-то понятно, а что она не поделила с охранником?
– Никто ничего не понял. Охранник тут проработал около двух месяцев. Его характеризуют как очень тихого, спокойного, исполнительного парня. Никуда не лез, никого не беспокоил, был замкнут и неразговорчив. Поэтому непонятно, чем он так насолил хозяйке.
– Срочно вызовите его для дачи показаний. А также вызывайте переводчика и допрашивайте уборщицу. Возможно, она знает что-то важное. – Маркус Добберт повернулся к управляющему: – Я повторяю свой вопрос: герр Штайн, почему вы скрыли факт любовной связи между вами и убитой Ариной Чиолак?
– Да ничего я не скрывал. Мы не были любовниками.
– Ну вы же не будете отрицать, что состояли с ней в связи.
– Послушайте, если считать любовницами всех женщин, с которыми я имел такие связи, то их у меня ровно полгорода. А мы с Ариной просто иногда, – он сделал руками неопределенный жест, – вместе проводили время. Да и у Арины таких, как я, было не один десяток. Она всегда была очень свободной, на все смотрела очень просто и никогда не усложняла жизнь ни себе, ни другим.
– Ну, тем не менее вам она пыталась усложнить ее в тот вечер, требуя вернуть деньги, которые вы заняли у нее, а также те, что вы у нее украли. Я так понимаю, деньги вы уже проиграли и спустили на наркотики, так что возвращать вам было нечего?
– Я бы что-нибудь обязательно придумал.
– Что? Например, избавились от хозяйки клуба, чтобы не пришлось возвращать долг? Я спрашиваю у вас еще раз: где вы были в ночь убийства?
– Я уже говорил, был дома. Один.
– То есть никто этот факт подтвердить не может и алиби у вас нет?
– Нет.
