Эксперты программы в пух и в прах разнесли все доводы следствия. Называли Добберта дилетантом и выскочкой, а решение суда «абсурдом двадцать первого века». Указывали на все нестыковки, подтасованные улики и абсурдные выводы, которые сделало следствие. Ведущая называла все доводы суда «противоречащими друг другу». Непреднамеренное убийство в состоянии аффекта? Она задает вопросы залу, но на самом деле они обращены к следствию и суду: «Штайн всегда на разговоры ходит с тесаком для забоя домашнего скота? Убийство в состоянии аффекта? А нож, который он принес с собой? А доводы адвоката о том, что физическое состояние обвиняемого не позволило бы ему нанести удары такой силы, и следственный эксперимент это подтверждает? Для чего он отрезал голову и пытался унести с собой?»
Эксперты пытались рассуждать и приводили аргументы, но получалось, что точных доказательств нет.
Штайна приговорили к пожизненному заключению. Но вопросов после суда осталось гораздо больше, чем ответов.
Лана щелкнула пультом и одновременно отключила телевизор и «Ютьюб» в телефоне.
Мысли опять закрутились и завертелись в голове:
«Это, конечно, жесть. По-другому и не скажешь. То, что убийца не Штайн, понятно даже дилетанту. Но кто же все-таки убил Арину? И как такое возможно, что отец, обладающий деньгами и властью, посылает единственную дочь выбивать долг со Штайна? Тут легче было бы предположить, что он пошлет разобраться с должником каких-нибудь головорезов, а не единственную дочь. А муж-албанец? Остается дома с ребенком, в то время как жена идет на «разборки»? Это было бы очень смешно, если бы не было так абсурдно. С албанцами никто не стал бы связываться, всем известно, что они безбашенные. Но почему-то два мужика остаются дома. Интересно, мне одной это кажется странным? Возможно, Штайн оговорил себя, потому что ему пообещали простить долг. Факты не сходятся.
Интересно, почему Маркус Добберт так усиленно подгоняет факты, чтобы выставить Штайна убийцей? Добберт далеко не глуп и не мог не заметить очевидных вещей. Его считают опытным и талантливым криминалистом, а тут полная халтура.
Он действительно так хотел попасть в кресло начальника? Безусловно! Но в то же время Добберман очень честолюбив. Странно, что он решил занять кресло таким дешевым способом. Тогда почему? Почему он так форсировал идею, что убийца – Штайн? Почему он торопился передать дело в суд?»
Лана расхаживала по квартире быстрым шагом, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить домочадцев. Со стороны могло показаться, что она очень спешит. На самом деле это помогало ей лучше думать. Бася, разбуженная хозяйкой, путалась под ногами, пытаясь обратить на себя внимание.
Неожиданно Лана замерла, да так резко, будто наткнулась на невидимое препятствие. Собака тоже остановилась и перешла к более решительным действиям, тыкаясь мордочкой в ноги хозяйке.
Возникло ощущение, точно в голове сложился пазл. От осознания Лане стало страшно. Кожа моментально покрылась мурашками, ноги стали ледяными и какими-то ватными. В животе все заледенело, и ее стала бить мелкая дрожь.
– Ну конечно! Как же я раньше не догадалась! Это же было очевидно с самого начала, – говорила она вслух сама себе, скача на одной ноге, а второй пытаясь попасть в штанину брюк. Бася подпрыгивала вместе с ней и тянула штанину на себя. Ей безумно нравилась игра, и она искренне не понимала, почему хозяйка недовольная.
Отобрав брюки у собаки, Лана оделась, собрала волосы в хвост и, чтобы выйти из дому быстрее, решила не краситься. Это означало только одно: случилось что-то из ряда вон выходящее, и она очень спешила. Выйдя из дома, быстрым шагом пошла в направлении КРИПО.
Лана Шервинг вошла в здание КРИПО. Дежурный офицер на проходной при виде нее улыбнулся.
– Приветствую, вы опять к нам? По какому вопросу? – спрашивал он скорее по протоколу, потому что рука его уже потянулась к кнопке внутреннего телефона с надписью «М. Добберт».
– Нет-нет, – Лана сделала жест рукой, как будто пытаясь предотвратить нажатие.
Офицер удивленно посмотрел на нее:
– Вы разве не к Добберту?
– Нет, на этот раз мне нужен главный судмедэксперт Дирк Котман.
Офицер удивленно поднял брови.
– Котман? По какому вопросу?
– По личному.
– Простите, но тогда я вынужден вам отказать. Мы не принимаем по личным вопросам в рабочее время.
– То есть нет, не по личному, – исправилась Лана. – Я прохожу свидетельницей по делу об убийстве.
– Да, я в курсе.
– Так вот, у меня важные сведения по делу.
– Дело закрыто, если вы не слышали об этом. В любом случае дело вел офицер Добберт, тогда вам к нему.
– Нет, мне нельзя к нему, мне нужно срочно сообщить важные сведения герру Котману. Пожалуйста, наберите его номер, и я сама все объясню ему. Поверьте, это очень важно.
Офицер пожал плечами и набрал номер Дирка Котмана.
– Котман, слушаю, – послышался в трубке голос судмедэксперта.
– Герр Котман, это дежурный офицер. Здесь на проходной дама требует вас.
– Дама? – удивленно переспросил Котман. – Я никого не жду.
