Джанин холодно посмотрела на начальника и отвела взгляд.
— Я только что говорил с суперинтендантом Донливи. Его беспокоит интерес прессы к этому делу. Слушай, Хил, я с ними разберусь, но хочу, чтобы расследование пошло поживее, ясно?
Он посмотрел на Томми, на пустой стул Фрэнка и, наконец, на Джанин, которая залилась краской и выглядела при этом так, словно вот-вот ударит его.
Мэл отвел глаза, и его взгляд встретился со взглядом Майка.
— Что-нибудь новенькое? — дружески спросил Мэл. Так дружески, что Хиллари вздрогнула. Еще немного дружелюбия, и у него бы все пуговицы посрывало.
Видимо, они с Джанин здорово поцапались накануне, после того как Хиллари зарубила идею операции под прикрытием.
Либо у нее совсем внутренний радар разладился, либо неудобный роман сержанта с начальником стремительно подходил к концу.
— Ну, Кларк Кент сам себя не допросит, — сухо сказала она и поймала молящий взгляд Томми. — Вы идете, констебль Линч?
Не успела она взять сумку, как Томми был уже на ногах. Майк смерил его задумчивым взглядом. Джанин посмотрела вслед Мэлу и Майку Реджису, которые удалялись в сторону офиса Мэла, затем обратилась к Хиллари.
— Будут распоряжения, босс? — бесцветным голосом спросила она.
Значит, я тоже в списке врагов, сухо усмехнулась про себя Хиллари.
— Выясни, сколько у Молли Фэйрбэнкс симпатичных студенток женского пола, а потом проверь, не поговаривают ли о них, что они тратят больше, чем должны.
Джанин моргнула.
— Есть, босс, — сказала она.
Еще одна вежливая, подумала Хиллари, с трудом подавив смешок. В другое время Джанин очень ясно дала бы понять, какой пустой тратой времени видится ей это задание.
Выходя из офиса на допрос двух оставшихся папиков Евы Жерэнт, Хиллари гадала, насколько сильно поссорились Джанин и Мэл. Если повезет, эта ссора станет началом конца их отношений.
Мэлу этот роман с младшим сержантом нужен, как ежу пылесос. А Джанин ничуть не больше нуждалась в репутации женщины, которая добилась повышения через постель. Спасибо, что хоть Томми Линч хлопот не доставляет.
Томми легко опустился на водительское сиденье и стал тихо напевать себе под нос. Еще несколько часов с Хиллари. А как она согнала со своего стула этого задаваку Майка Реджиса! Если бы только теперь у него хватило смелости…
— Направо, и сразу будет Хэмптон-Пойл. Надеюсь, их не затопило, — задумчиво добавила Хиллари. Хэмптон-Пойл, деревушка близ Кидлингтона, находилась в низине, и зимой ее частенько подмывало.
Томми быстро отогнал лишние мысли и сосредоточился на деле.
Супермен из Райана Кулвера не получился бы, но, глядя на его большие очки и зализанные назад, не успевшие еще поседеть волосы, Хиллари сразу догадалась, за что Ева прозвала его Кларком Кентом.
Впрочем, мягкости его тезки у него и в помине не было.
Дом Кулвера, небольшой, но симпатичный, выходил на узкую, окруженную плакучими ивами речушку, которая бежала сквозь деревню. По стенам тянулись ряды черно-белых фотографий в рамках. Пустая детская площадка в центре города, жалкая и безжизненная. Одинокое дерево с обрубленными сучьями у кирпичной заводской стены. Высотный дом на фоне бескрайнего пустого неба.
Хиллари передернула плечами.
Нет уж, лучше пусть синицы.
— Мистер Кулвер, мы расследуем смерть Евы Жерэнт. Мы знаем, что вы были знакомы.
На этот раз она начала без обиняков. Что-то ей подсказывало, что с этим человеком реверансы излишни.
Они сидели вокруг небольшого мраморного кофейного столика в самой просторной комнате, и Райан Кулвер смотрел на Хиллари с неприятным выражением человека, который все знает.
— Вам виднее. Меня уже расспрашивала об этом ваша коллега, светловолосая, помоложе.
— Это была сержант Тайлер, — сообщила Хиллари, отчего-то отметив это «помоложе». Не такая уж она и старая развалина, тем более с виду! — С тех пор у нас появились новые сведения, сэр. Теперь мы рассматриваем случившееся как убийство. Начато официальное расследование.
К ее удовольствию, Райан Кулвер чуть выпрямил спину. Впрочем, он не особенно взволновался и никакой вины не выказал. Теперь это был репортер, почуявший тему для репортажа.
Может, он и вправду почуял.
Памятуя о том, как Маркус Донливи опасается прессы, Хиллари пожалела, что Ева не выбрала себе какого-нибудь другого папика.
— Где вы были в ночь смерти Евы, мистер Кулвер?
— Как я уже сказал сержанту, я был в фотолаборатории, проявлял пленку. Алиби не будет. Извините, — сожаления в его голосе не было ни на грош. — Как ее убили?
Хиллари улыбнулась.
— Как давно вы были знакомы?
— Может, полгода. У вас уже есть подозреваемый?
— Помимо вас, мистер Кулвер? Вы жалеете, что платили за пребывание в ее обществе?
