Хороший заход, а?
Майкл Боулдер рассмеялся.
— Нет, мне такое не по карману. Дядюшка оставил в наследство. Он был коллекционер.
Картина изображала какого-то святого. На фоне гор и ручьев, словно списанных с пейзажа за спиной у Моны Лизы, глаз зрителя сразу же находил мужчину средних лет, который шел по крутой каменистой тропе, неся на руках раненою оленя, а по пятам бежали заяц и коза.
Хиллари кивнула.
Будь она персонажем мультфильма, в этот миг у нес над головой зажглась бы лампочка.
— Это ведь святой Франциск Ассизский? — спросила она. Фрэнки А.! Ну конечно!
— Да.
— Думаю, Еве эта картина очень нравилась, — негромко сказала Хиллари.
— Да, — повторил Майкл Боулдер уже тише. — Она говорила, что это единственная настоящая картина во всем доме. И поддразнивала меня этим.
Хиллари кивнула.
— Повезло вам с дядюшкой, — завистливо сказала она. А потом поняла, что даже будь у нее картина вроде этой, где бы она, спрашивается, ее повесила — на лодке? Да там картина в пять минут заплесневеет.
Майкл Боулдер кивнул.
— Дядя Саймон знал, что я люблю животных. Еще ребенком я вечно отнимал воробьев у кошек, кошек — у собак, а собак выдергивал из-под автомобильных колес. И дядя решил, что эта картина должна достаться мне.
Хиллари кивнула. Что ж, минус еще один повод для зуда. И конечно, ничем это опять не помогло.
— Расскажите, пожалуйста, еще раз о вашей последней встрече с Евой. Она приезжала на всю ночь? Пятого числа?
Майкл кивнул.
— Да, именно так. — Он пожал плечами. — А что я вам могу рассказать? Мы провели ночь вместе, я накормил ее завтраком и отвез в колледж, она сказала, что позвонит. Позвонила два или три дня спустя. Мы пообедали вместе, потом съездили к ней в Ботли на час или около того. Это было… м-м… девятого? Где-то так.
Эту встречу Ева почему-то в дневник не занесла.
— Вы ей заплатили? — прямо спросила Хиллари. — За визит в Ботли, — уточнила она.
Майкл печально улыбнулся.
— В тот раз — нет. У меня не было с собой наличности. Я собирался расплатиться позже.
Хиллари кивнула. А про себя подумала: сколько еще бесплатных встреч она простила своему любимому клиенту?
А впрочем, какая разница? У Майкла Боулдера в ночь ее смерти было железное алиби.
— Что ж, спасибо, мистер Боулдер, — сказала она, стараясь не дать разочарованию прорваться в голос.
— Можно спросить… — торопливо начал он и, когда она обернулась, беспомощно пожал плечами: — Вы уже хотя бы чуть-чуть понимаете, кто ее убил?
В его голосе звучало настоящее горе. Наконец-то кто-то искренне горевал по Еве — не только родители.
Хиллари твердо кивнула.
— У нас есть несколько подозреваемых, сэр, — уверенно заявила она.
Но по пути назад думала о том, что она просто лгунья.
И никогда еще не была так близка к отчаянию.
Хиллари проснулась рывком — кровать накренилась вправо. Распахнув глаза, Хиллари в приступе паники вцепилась в матрас, не успев понять, что никакой угрозы нет. Сонный разум осознал, что произошло, и тут кровать медленно качнулась в противоположном направлении. Хиллари осталась лежать, глядя в низкий потолок над головой.
Она затейливо прокляла всех мимоезжих. Сколько бы Управление водных путей ни втыкало вдоль каналов табличек, ясно и однозначно предписывающих любому судну замедлить ход вблизи причаленных лодок, их все равно никто не читал.
За стеной зарычал пронесшийся мимо катерок.
— Паразиты, — буркнула Хиллари, села и отбросила волосы с глаз. Отодвинув от круглого иллюминатора занавеску размером с носовой платок, она выглянула наружу.
И заморгала.
Снег.
Снег, черт бы его побрал.
Первым делом она подумала, а заведется ли теперь машина. Потом — не закончился ли за ночь газ в системе отопления. Но ведь она, кажется, не далее как в выходные привезла новые баллоны? Она опасливо высунула ногу из-под одеяла и с облегчением констатировала, что та не обледенела немедленно.
Бормоча себе под нос, она одолела два шага, отделявшие ее от крохотного санузла, и, по привычке прижав локти к бокам, почистила зубы и умылась.
Вода бежала из крана еле-еле — никакого напора.
Хиллари высунула нос наружу — усиливающийся ветер нес с собой мелкое ледяное крошево. Он завывал вокруг лодки, словно призрак из ужастика.
День ото дня не лучше.
Хиллари натянула вчерашний наряд, который на ночь оставила на батарее отвисеться (без толку), и вышла на кухню. Поставила на плиту чайник и подняла взгляд: по крыше постучал почтальон.
Опять письмо от юриста.
Она даже открывать его не стала. Пусть катится к черту.
Она крутанула ручку настройки, включила «Радио Оксфорд», полезла в крошечный холодильник и выудила две сосиски, говяжьи со свининой. Подержав их под краном, она отправила сосиски в маленькую стеклянную кастрюльку. Потом открыла банку соуса к сосискам, полила сосиски, сунула кастрюльку в духовку и включила таймер. Произведя инспекцию кухонного шкафа, она отыскала там баночку молодой картошки и жестянку с гороховым пюре. Пять минут на разогрев, и, когда она вернется, ужин будет готов за каких-нибудь пятнадцать минут.
